Могущественный завоеватель миров низвергнут в смертное тело увечного аристократа. Лишённый силы и влияния, он стоит перед выбором: смириться с судьбой или восстать против неё. Начинается путь возрождения легендарного воина, который не признаёт поражение.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Возрождение Феникса. Том 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Могущественный завоеватель миров низвергнут в смертное тело увечного аристократа. Лишённый силы и влияния, он стоит перед выбором: смириться с судьбой или восстать против неё. Начинается путь возрождения легендарного воина, который не признаёт поражение.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Могущественный завоеватель миров низвергнут в смертное тело увечного аристократа. Лишённый силы и влияния, он стоит перед выбором: смириться с судьбой или восстать против неё. Начинается путь возрождения легендарного воина, который не признаёт поражение.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А вот врагам это, конечно, не нравится, от нашего обаяния они еще больше раздражаются, всем нутром противятся ему, проявляют враждебность и норовят напасть. Вот Павел и сорвался. Агрессия — его способ защититься. Так он доказывает себе, что лучше меня.
— Это ужасная клевета, — холодно говорит Елизавета. — Вы позвали меня выслушивать поклепы на состояние моего сына?
Так их, мама!
Николай Амосов громко кашлянул, будто бы случайно, но в этом «кхе-кхе» звучит поддержка. Наш человек.
— Не для этого, конечно, — Анатолий пытается говорить ровно, быстро глянув на доктора. — Врачам здесь виднее. Но болезнь вашего сына не помешала ему напасть на моего. Ударить костылем и сломать ему руку. Это уже прямое оскорбление рода Свиридовых. Я требую извинений.
— Конечно же, материальных, — изгибает тонкую золотую бровь Елизавета.
— Это подтвердит искренность ваших намерений, — кивает Анатолий. — Поэтому компенсация будет весомой.
— Не будет, — Елизавета качает головой. — Ваши требования смешны.
— Хотите сказать, что ваш ребенок не ломал руку моему сыну? — Анатолий давит на единственный козырь. Руку я действительно ломал, солгать мы не вправе, ибо дворяне. Но и прямодушно сказать — да, ломал — глупости подобно. Тогда Анатолий получит аргумент в пользу своих требований, а то, что Виктор с другом устроили Арсению ловушку, будет отрицать и доказать истину мы не сможем.
Прекрасно понимает это и Елизавета. Мама застывает, в ее больших глазах я вижу зов о помощи, и она получает ее.
— Мы хотим сказать, что это Свиридовы с самого начала пытаются оскорбить Беркутовых, — бросаю я резонансное заявление. — И преуспели в этом. Ваш сын с другом увезли меня на Щучье озеро, избивали, обзывали «одноножкой», а теперь вы требуете за это еще и «извинений».
— Анатолий, это правда? — хмурится Давыдычев.
— Нет, конечно, Юрий, — отмахивается старший Свиридов. Но при этом поджал губы.
— Ага, а на чьей машине тогда меня доставили на озеро? — усмехаюсь. — Прекрасно помню, что ваша «Волга» оснащена видеорегистратором. Да не одним. Можете показать записи за вчерашний день? Помню, первую оплеуху я получил перед самым бампером.
Повисает тишина. Семейство Свиридовых молчит, мой знакомец с озера сидит бледный как бумага. Глаза бегают, пот бежит по вискам. Похоже, мне свезло. Записи еще не почистили, мальчишка Виктор не вспомнил, как рядом с «Волгой» расквасил Арсению лоб, а потом потащил его на причал. Анатолий смотрит на сына и тоже понимает его оплошность.
— Ана-то-лий! — земский исправник первым устает ждать конца детсада.
Видимо, по привычке старший Свиридов хватает со стола специальную бензиновую зажигалку и поджигает табак, набитый в трубку.
Оп-па. Ну дела. Еще один косяк, Свиридовы.
Грех не воспользоваться.
