— Хватит разлёживаться!
Меня вышибло из убаюкивающих волн, снесло на берег моря, протащило по гальке, обдирая кожу и отбивая бока, а затем вышвырнуло под яркое сияние потолка этажа Здоровья. Я щурясь и моргая, со всхлипом втянул в себя воздух и приподнялся на локтях, обнаружив себя посреди круга медитаций, того, что между трав стихии воды.
— Нас ждут дела, — только что рядом со мной никого не было, а теперь появился Изард, вздёрнувший меня на ноги едва ли не за шкирку.
Я, ничего не понимающий, ещё буквально десяток вдохов назад лишь вошедший в зал лечения, тот, для кого обступившая темнота вдруг сменилась ярким днём, духом и замершим в пяти шагах от меня Седым с Пересмешником, только и сумел, что изумлённо моргнуть и спросить:
— Какие дела?
— Мои! — прорычал дух Изард и всё вокруг залило ярким светом.
Когда он так же быстро, как и появился, исчез, я обнаружил, что вокруг уже не площадка этажа Здоровья, а огромный, мрачный, пустой зал, размеры которого не давало оценить едва тлеющее освещение."
"Стоило моим ногам коснуться полированного камня, как внутри него родилось мерцающее сияние, словно лунный свет замер в его глубинах. Дымка темноты, в которой терялись далёкие стены, начала стремительно отступать, исчезая в золотистом свете, который стал литься отовсюду и ниоткуда одновременно, словно сам воздух начал светиться.
Я осторожно сделал первый вдох этого странного воздуха. Он оказался сухим и прохладным, совсем не таким, как воздух этажа Павильона Здоровья, да и силы Неба в нём было явно меньше.
Сияние разогнало тьму, позволив осмотреться без помех. Если не считать сияющего воздуха и мерцающего пола — обычный этаж города. Без стен, перегородок, поместий и прочего. Огромное пустое, кажущееся бесконечным пространство полированного камня под ногами.
Даже Седого и Пересмешника нет. Только я и дух Изард. Стоим, скорее всего, ровно посередине этажа, если меня не обманывает зрение. Я вскинул голову. Ну и потолки здесь. Древние здесь что, на мечах летали? Во всяком случае, это точно не тот этаж, где я шёл через туман под давлением силы. Там не светился пол.
Дух Изард окинул меня взглядом, в котором ещё тлела злость и ярость.
— Оправься, — буквально выплюнул он из себя приказ. — Глядеть тошно на твой помятый вид.
Я задрал подбородок и процедил ответ:
— Разве в этом есть моя вина? Сколько дней я пролежал на лечении?
— Два.
— И у тебя не нашлось двадцати лишних вдохов, чтобы дать мне прийти в себя?
— А то, что ты почти тысячу этих своих вдохов валялся возле своих слуг, тебе мало? Твоя вина, что ты предпочёл спать, а не проснуться и заняться собой. Приведи себя в порядок. Немедленно! — рявкнул Изард.