Возвышение Ордена завершается, и все земли под его правлением переживают кризис. В это время главный герой — один из самых сомнительных членов ордена — оказывается в центре заговора, который может изменить судьбу всего континента. Книга проникает в глубины душ и решений, когда выбор между верностью и свободой становится вопросом жизни и смерти....
Тот ответил едва уловимым кивком и спросил:
— Как успехи?
— Стараемся, старший. Как вы и советовали, я выделила тех, что побойчее и помягче в слуги резиденции, тех, что имеют охотку к стали и схваткам, во внешюю стражу резиденции.
— Это я и сам заметил, я спросил не об этом.
— Стараемся, старший, — снова повторила девушка, правда, при этом чуть понурившись."
"Как забавно. Я-то думал, что девушки в резиденции — это прихоть Седого, даже хотел как-то предупредить его, чтобы он не смел заходить далеко, а он, оказывается, ни при чём? Что это с Рутгошем? Позавидовал успехам Зеленорукого и Бахара? Решил тоже завести себе отряд учеников, вернее учениц? С чего бы? Он старейшина искателей, так пусть набирает себе учеников в искатели.
Правда, из кого там набирать? Мы полгода шли за Ключом, за это время лучших из них загрёб себе старейшина стражи. Из оставшихся мы набрали людей для Потия и его учеников. Несколько в Школе, что-то вроде младших учителей и надзирающих за порядком в отсутствие Зеленорукого и Бахара.
— И это все результаты? — покачал головой внизу, у основания поместья Рутгош.
— Старший, нам непросто, поймите, — принялась оправдываться девушка. — Мы не были готовы к такому, а многие не готовы и до сих пор.
— Я и не прошу всех, — ядовито процедил Рутгош.
— Ох, старший. Вот у этих бойких как раз хуже всего. Вот сегодня у нас был совместный урок на цзянях, так они буквально…
Рутгош вдруг вскинул голову, и я тут же заставил точку восприятия рухнуть вниз, за обрез стены, а затем и вовсе отпустил её, равномерно распределяя восприятие, пряча его. Вот в этом я по-прежнему плох. Либо я вижу и слышу все детали в нужном месте, но моё внимание могут ощутить и обнаружить, либо я могу улавливать лишь смутные детали — есть идущий в этом месте, есть там нарушение потоков силы Неба или нет.
Справедливости ради, даже Седой, сильнейших из всех в семье, не сильно ближе к такому. Непросто это — слышать и видеть сотнями глаз и ушей.
