Возвышение Ордена завершается, и все земли под его правлением переживают кризис. В это время главный герой — один из самых сомнительных членов ордена — оказывается в центре заговора, который может изменить судьбу всего континента. Книга проникает в глубины душ и решений, когда выбор между верностью и свободой становится вопросом жизни и смерти....
Но мне для начала хотя бы научиться скрывать своё внимание и точку концентрации. Это совсем не то же самое, что давить голой силой, но я не стою на месте, благо это умение можно использовать всегда и везде. С другими сложней, потому что во время совещания со старейшинами можно раскинуть восприятие и оглядывать окрестности, а вот уйти в жетон и проводить там схватку — нельзя.
Просто идти в настоящем мире и сражаться в жетоне можно, а вот чтобы слушать, а главное, вникать в разговоры — уже нельзя. Хотя есть у меня одна задумка, связанная с техникой Двойника, но на её проверку тоже нужно время, то самое время, которого мне так не хватает.
В конце пути сумел услышать ещё один разговор и вот там уже меня не засекли.
Дело происходило на задней части поместья. Там восстановительные работы ещё даже толком не начинали, не разгребали завалы, не ровняли ямы и прочее. Разве что прошлись, собрали останки, до которых не дотянулась формация Летающих Убийц, оружие и прочее.
Так что я понимал, почему девушки Рутгоша тренируются у Пагоды, а вот для Дараи и Логара здесь места хватало с избытком.
— Да чего это я туплю, — усмехнулся Логар. — Кого я спрашиваю? Ты теперь будешь за главой бегать как пришитая.
— Я слышу в твоих словах упрёк. Конечно, что тебе, одинокому мужчине, до моих забот? Ты хоть раз задумывался, сколько твоих детей бегают по миру?
— Ни одного, — криво ухмыльнулся Логар. — Я не хожу в дешёвые Цветочные Павильоны.
— Ну и всё, — припечатала Дарая. — Не смей болтать о том, о чём не имеешь ни малейшего разумения.
Я в этот миг даже сбился с шага. Вот ведь. Сначала вспоминал о слезах мамы и Лейлы, теперь ещё это. Да, эти слёзы лились как раз тогда, когда Лейла умирала у меня на руках, так что Логар может обойтись и без ребёнка, но, похоже, у него и родных нет.
— А вообще, — вдруг снова заговорила Дарая на заднем дворе резиденции, — я не понимаю, с чего ты вообще ставишь мне это в упрёк?
— Какой ещё упрёк? — развёл руками Логар.
— Да нет, что я дура? Я же слышу упрёк, правда, не понимаю его сути. Наниматель выполняет уговор, оказался богат, основал фракцию, а такое происходит не каждый год. Почему бы мне и не пойти под его руку? А? Почему бы и тебе не пойти под его руку? Где тебя не заставят ходить на Поле Битвы?
— Ну да, ну да, — перебил её Логар.
