Возвышение Ордена завершается, и все земли под его правлением переживают кризис. В это время главный герой — один из самых сомнительных членов ордена — оказывается в центре заговора, который может изменить судьбу всего континента. Книга проникает в глубины душ и решений, когда выбор между верностью и свободой становится вопросом жизни и смерти....
Тьфу!
Толкнул мысль Пересмешнику:
— Ты отлично поработал. Проследи, не появятся ли умники, которые начнут отбирать еду.
— Понял, господин калек, убийц и голодных отбросов.
Я дёрнул щекой, но смолчал. Поделом мне.
— Но проще было бы навесить на них Указ верности, господин бывших убийц и бывших орденцев.
И снова я смолчал."
"Глава 4
— К чему вы вообще влезли в это дело, глава? — недовольно поинтересовался Бахар, сидевший на левой стороне стола в зале совета.
Я от досады на миг стиснул зубы, вот ведь… дарс! Но к Бахару повернулся, уже делая вид, что ничего не понял.
— О чём это ты?
— А главное, — Бахар не купился на мой вид, — почему вы не сказали мне о том, что случилось, глава? Почему я узнал это от Рагедона и только сегодня?
Рагедон едва слышно кашлянул, явно недовольный упоминанием своего имени.
— Советник, — я тоже умел отвечать вопросом на вопрос, — неужели ты сам не понимаешь, почему?
— Глава, — покачал головой Бахар, — свою первейшую задачу я вижу в том, чтобы помогать вам, подсказывать, где вы ошибаетесь, чтобы вы не допустили подобной ошибки в будущем.
— Хорошо, — вспыхнувшее было желание спорить так же быстро потухло. Не хватало мне ещё одного строенного урока, только на этот раз от Бахара. — Подскажи, в чём ошибка на этот раз. Ты же хочешь сказать, что она была, верно?
— Глава, — Бахар чуть склонил голову. — Я советник, а не враг. Я не выдумываю ничего только ради того, чтобы обвинить вас в чём-то.
— Бахар, давай не будем терять время. Моё и твоё время, которого так мало, время остальных на этом совете.
Он помедлил, выпрямился за столом, потеряв сонный вид и, чеканя слова, сказал:
— О старшинстве и очерёдности, глава. У этих людей есть назначенный старший. У него свой старший. У него, в свою очередь, свой старший и так далее. Кто должен решать проблему с бездельничающими работниками? Ответьте, глава.
— Их старший из Семьи, — процедил я ответ, которого от меня ожидал Бахар.
Бахар кивнул:
— Тот, кому вы помешали делать свою работу вчера. Должен ли глава фракции лично заботиться о дворнике, который не вышел на одну из северных улиц?
И снова я не стал говорить ни о том, что тот явно не справлялся и сам позвал Рагедона, от которого до меня по старшинству в семье один шаг, не стал и вовлекать самого Рагедона в нашу беседу, я просто коротко ответил:
— Нет.
