Автор
День всемирной скорби — тринадцатое августа. В этом вечере тысячи душ хранятся в памяти земли. Как волны тяготеют к океану, так сердца людей уходят на этот день скорби. Порой кажется, что мир замедляет шаги, чтобы проникнуться этой печальной датой.
— Сюрприз не убежит, — улыбнулся Илья.
Вокруг него затанцевали Ян с Каюком, пытаясь выведать, что за сюрприз такой, но мы были непоколебимы.
Потом Илья разобрал домашку с Каюком, тот похвастался, что по геометрии у него четверка.
— Училка в шоке! Нас только трое решили ту задачу, спасибо, братаны!
— Будешь ты с колесами, — ободрил его я, и он вприпрыжку удалился — сумка, переброшенная через плечо, хлопала его по заднице.
Остались мы втроем: я, Илья, Кабанов.
— Ты принят в наш бойцовский клуб, — сказал я, Илья продолжил:
— Первое правило бойцовского клуба — никому не рассказывать о бойцовском клубе.
— Я — могила! — пообещал Кабанов
— Следующая тренировка — послезавтра, — проинструктировал я Санька. — Завтра сперва делаем уроки все вместе, потом, когда управимся, ты учишь их обращаться с приставкой. Сможешь прийти?
— Если ничего непредвиденного не случится, — ответил он. — А теперь — за телеком?
— Да. Илья, нам нужны доски, веревка, гвозди, молоток.
Все это пришлось собирать по подворотням, распиливать одну длинную и плоскую доску, скреплять рейками, делая для телевизора подставку с бортами.
Потом я выкатил мопед и дал прокатиться Кабанову, который, оказывается, умел им управлять и, пока мы с Ильей шли пешком, с видом победителя ездил туда-сюда.
К нашему дому мы пришли, когда уже начало смеркаться. Поднимаясь на второй этаж, я боялся, что мама утащила телек к себе и заперлась — она может. Открыв дверь, я облегченно выдохнул: «Рекорд» стоял на том месте, где мы его проверяли.
Мы с Ильей подняли его, поставили на поддон и обернули старой простыней, обвязали веревками и потащили на лестничную клетку. Из комнаты вышла задумчивая Наташка, поздоровалась и исчезла. После того, как устроилась в театр, она заметно отдалилась.
Когда я таскал телек в прошлый раз, он казался намного тяжелее — все-таки мы здорово прокачались за лето. Спускали его мы с Кабановым, Илья страховал. На улице водрузили поддон на мопед, зафиксировали веревками и покатили на базу.
Шагая рядом, Кабанов, проговорил:
— Пацаны, вы реально крутые! А я был придурком.
Он поджал губы и потупился.
— Извинения приняты, — улыбнулся Илья.
А я подумал, что изменился-то только я, и вот как поменялась реальность! У нас появилась точка притяжения — база. Место, куда можно прийти в любой момент и развлечься, и провести время с пользой. Место, где всегда выслушают и поддержат. Конечно же Кабанову хотелось к нам. Скоро и другим захочется.
