В Ленинграде вновь нарушается тщательно спланированный план. Серый ноябрьский небосвод и мерзкий снежный хуже чем кашу сковывают душевное состояние главного героя, Алексея Протоппова. Он ненавидит этот город за его помпашистость и неуютность, а теперь его планы пошли под откос — это настоящий удар в лицо....
– Так запасы старые… А это чего за фон барон? – кивнул на меня худощавый, с низким лбом и злыми маленькими глазками субъект в матросской тельняшке. Судя по всему, это и есть неформальный лидер группы по кличке Поп.
– От хозяев, – пояснил Шахтер. – С проверкой и новым заданием.
– А чего нас проверять?.. А, ладно. Смотрите, господин контролер. Даже пощупать можете.
– Та-ак, – протянул я. – Боевая группа находится в стадии морального разложения от длительного безделья. И стоит на грани неповиновения.
– Это вы сильно загнули, – Поп встал и вытянулся, нарочито карикатурно и ернически, по струнке.
– Особенно под селедочку с водочкой, – кивнул я, демонстративно оглядевшись вокруг.
Помимо меня и Шахтера в помещении четверо. Где еще один боевик, черт возьми? Он мне нужен. Без пятого нам никак.
– А где Василек? – спросил Шахтер, которого тревожил тот же насущный вопрос.
– Проветриться пошел, – хмыкнул Поп.
– Я же предупреждал, не отдаляться от помещения в одиночку.
– Да не суетитесь так нервически, господин командир. Не стоит впустую расходовать и так изношенные в боях нервы. Здесь он. Сейчас будет.
Сразу видно белую кость. Даже ругань и матюги у них на «вы» и с пиететом. Красиво излагают.
Я щелкнул замками, открыл саквояж и бросил его на пол, так что стали видны лежащие там пачки:"
"– Здесь деньги. Берете и передислоцируетесь в Одессу. Адрес явки знает командир звена. Я там вас найду.
– Вот за это спасибо. – Поп присел на колено, согнулся над сумкой.
А когда он разогнулся и поднялся, в его руке был пистолет. Ловко он его выдернул, так что я даже среагировать не успел.
– Все, кончилась ваша власть, Георгий Афанасьевич. – Поп водил стволом от меня к Шахтеру.
Остальные тоже потянулись за оружием.
Интересно, чего они с цепи сорвались? Ну, хорошо, решили валить командира. Но представителя из центра зачем? Что-то тут нечисто. Но раздумывать времени не было.
Поп шагнул вперед и упер мне в живот ствол «браунинга». Хорошая машинка. Продырявит качественно в случае чего.
Эх, господин убийца. Кто же вас учил в пузо стволом тыкать, чуть ли не прижимаясь к противнику от избытка романтических чувств.
Хлестким ударом левой руки я отбил пистолет и почти одновременно, со всей дури, двинул противнику правой ладонью в челюсть. Поп рухнул как подкошенный. И не таких этим ударом срубал.
Шахтер тоже был готов к такому раскладу.
