В Ленинграде вновь нарушается тщательно спланированный план. Серый ноябрьский небосвод и мерзкий снежный хуже чем кашу сковывают душевное состояние главного героя, Алексея Протоппова. Он ненавидит этот город за его помпашистость и неуютность, а теперь его планы пошли под откос — это настоящий удар в лицо....
Точнее, с его анализа террористической активности в стране…
Глава 2
Проснулся я в семь утра от того, что во дворе истошно орал зычный мужской голос:
– Точу ножи, ножницы!
В субботу так хотелось встать попозже, немножко отоспаться и часам к одиннадцати двигать на работу. Не тут-то было! Принес черт этого точильщика.
Осколки нэпманских времен, эти частники-индивидуалы в любую погоду, изнуряющую жару и лютый холод, ходили по дворам с коробами, наполненными инструментами, на плечах. К ним спускались суетливые домохозяйки и ленивые хозяева, которым недосуг самим точить «ножи, ножницы».
Я выглянул из окна. Хотел высказаться в грубой форме, что я думаю о его «ножах, ножницах». А к нему уже очередь. И вот отчаянно визжит затачиваемая сталь.
– Ты спи, а я на работу, – сказал я Тоне, приоткрывшей глаза.
Она что-то согласно пробурчала и перевернулась на другой бок.
На Лубянке я был в полдевятого. Фадей уже ждал меня там. Как ни схватишься его, он всегда под рукой. Уникальная у него способность ждать руководство в нужный момент с уже готовыми материалами.
Он сразу бросился с места в карьер и открыл папку:
– Мои скромные изыскания по вредительству и диверсиям… Вот, взрыв на азотном заводе… Железнодорожная катастрофа с военным составом – одиннадцать человек погибло. Катастрофа с речным судном…
Он раскладывал передо мной фотографии.
Фадей дотошно прозондировал все более-менее заметные чрезвычайные происшествия, записанные в акты террора, вредительства и просто в катастрофы. Выделил из общего массива несколько фактов.
– И что? – спросил я.
– Тут нечто похоже, как говорят в уголовном розыске, на серийные преступления, – отметил Фадей. – Работает одна организация. И у них хороший взрывник.
– Предлагаешь зарыться в эту проблему с головой?
– Дело серьезное.
– Понимаю… Вот что, давай мне справку-меморандум с обоснованием. А там решим – будем сами заниматься этим или отдадим в другое подразделение…
На следующий день Фадей положил передо мной справку на пяти листах. Это уже документ, на который надо реагировать.
– А вот и план оперативных мероприятий, – подсунул он еще одну папку. У него всегда все готово заранее.
Я пробежал глазами план.
