Крестообразные крылышки и стабилизатор со свистом резали воздух. Но продолжалось это недолго: всего около шести секунд. Веселящиеся возле накрытого стола четверо бойцов Маомада и зашедший зачем-то в дом Саид не успели ничего понять. Вроде громыхнуло в вышине, что-то мелькнуло, обдав волной горячего воздуха, треснула крыша, и взрыв девяноста килограммов взрывчатки уничтожил и дом, и бункер, и всех, кто находился вокруг. В радиусе тридцати метров поломало и вырвало с корнем деревья, в ста метрах, по ту сторону оврага, в домах выбило стекла, ударная волна сбивала с ног пасущихся овец… На месте взрыва образовалась огромная воронка, вверх полетели обломки глинобитных стен, стропил, куски шифера и какой-то бесформенной мякоти… Клубами поднимался жирный черный дым.
Все это зафиксировала фотоаппаратура пролетающего над местом катаклизма «Грача». Теперь задание было выполнено окончательно.
Накренившись, штурмовик стал на крыло, описал пологую дугу и лег на обратный курс. Через сорок минут он совершит посадку на родном военном аэродроме. Как и обещал командир, майор Сазонов успеет на домашнее торжество, поздравит Вовку, перецелуется с родней и выпьет несколько разрешенных рюмок водки, да и сверх того, если душа пожелает. Но сейчас он об этом не думал. Его поглощал сам процесс полета. Все остальное оставалось на втором плане. А задумываться о том, кого поразила «Х-25 МЛ», ему и в голову не приходило. Сказали: «Каких-то боевиков» – этого вполне достаточно!
– Короче, летит самолет Москва – Махачкала, – с азартом рассказывал Абрикос. – Два аварца просят пилота: «Ле, братуха, над Гунибом пониже спустись – спрыгнем у дома». А пилот отвечает: «Ле, братуха, я на это уже не поведусь: в прошлый раз я так спустился – один спрыгнул, пятеро запрыгнули!»
Он и Джин захохотали, но Оловянный даже не улыбнулся.
– И что смешного? – безразлично бросил он.
– Ты просто не в настроении, – буркнул Абрикос и обиженно замолчал.
Они успели отъехать километра на три, когда сзади раздался приглушенный расстоянием грохот. Оловянный встрепенулся. Шестым чуством, которое не раз спасало от засад, он понял: это не простой, не случайный взрыв…
– Разворачивайся! – приказал он.
Абрикос, не задавая лишних вопросов, круто повернул руль и вдавил в пол педаль газа. «Девятка» запрыгала на ухабах, сзади, так же не жалея подвеску, неслась «двенадцатая». Поднимающийся вдали столб черного дыма подтверждал подозрения амира и указывал направление.
