— А теперь давай за теми сволочами. «Порше» никуда не денется.
Зверь набрал скорость. Нам повезло: мы как раз успели заметить, что большой «БМВ» сворачивает на боковую дорогу за каким-то сараем.
— Ага, — сказал Зверь, притормаживая.
— Давай за сволочами, — снова сказал я.
Дорога была проселочная, узкая, одна колея, начинавшаяся там, где кончалась полоса асфальта, по которой мы съехали с шоссе. «БМВ» уже исчез в лесу.
— Погоди, — сказал я. — Давай-ка заедем за сарай.
«Пежо» уже стоял в укрытии, когда «порше» сбросил скорость, чтобы свернуть за нами.
Я как раз успел подойти к узкой дороге. «Порше» остановился, стекло в окне возле водителя скользнуло вниз.
Я узнал его еще до того, как разглядел, — по запаху духов. Это был Густав Далль. Глаза у него были красные с похмелья, но сам он был гладкий и начищенный, как серебряное блюдо.
— Так ли это необходимо? — было первое, что он сказал.
Вонь духов нагло перебивала легкий аромат мокрого от дождя леса.
— Нет, — сказал я. — Но наверняка полезно.
— Я деловой человек, — вытолкнул он из себя. — Мы можем перевести это на деловую основу.
Я ждал.
— Вы получите полмиллиона крон, если развернетесь и уедете отсюда.
Ну и пиджак у него был, просто мечта. Мягкий твид тонкой выработки, серо-стального цвета с почти незаметными полосками кроваво-красного и беловатого. Я протянул руку в окно «порше» и пощупал ткань.
— Своими сволочными делами ты занимайся где-нибудь в другом месте, — сказал я. — А у меня есть дела поважнее.
Густав Далль презрительно улыбнулся.
Он повернул ключ в замке зажигания, мотор остановился.
— У каждого человека есть своя цена, — сказал он. — Полмиллиона крон каждому из вас! Это хорошая цена.
Он был конченый человек. Он был целиком и полностью конченый человек, но он этого не понимал.
— А сколько стоил Юлиус Боммер? — спросил я.
Он облизал губы.
— Не думай так, — сказал он.
Я похлопал его мягкое твидовое плечо.
— Сволочь ты этакая, — сказал я. — Именно так я и думаю. Я хочу увидеть тебя перед судом и в тюрьме.
У каждого человека есть цена. Я хочу, чтоб ты получил в точности столько, сколько ты стоишь.
Густав Далль смотрел мне в лицо невидящими глазами. Рука протянулась, он завел мотор. Я отступил в сторону, он врубил задний ход. «Порше» выскочил на дорогу. Он снова глянул на меня, переводя рычаг на первую скорость. Я помахал ему и улыбнулся, а «порше» рванул с диким ускорением и исчез.
Зверь все слышал.
— Полмиллиона крон, — засмеялся он.
