Ролле медленно поднял руки и развел их в стороны.
— А теперь я пойду к машине, — сказал он любезно, — и уеду отсюда.
Он взглянул на меня, прежде чем повернуться. Потом опустил взгляд и двинулся к «вольво».
— Тебе придется стрелять, чтобы меня остановить, — сказал он.
Я опустил тяжелый пистолет.
— Не к той машине, — сказал я.
Ролле обернулся и взглянул на меня, посмеиваясь.
— О, прости, я забыл, — сказал он. — Деньги!
Я прошел с ним до черного «БМВ» и обыскал машину. Ни оружия, ни денег. Пусто.
— Мы ее одолжили на долговременной стоянке, — сказал он с улыбкой.
Зверь подошел, ступая по гравию. Я передал ему тяжелый пистолет. Он поставил его на предохранитель и сунул за ремень.
Ролле улыбнулся ему, садясь в «БМВ». Он спешил. Машина покатилась вниз по склону еще даже до того, как заработал мотор.
Я повернулся к Зверю.
— Ну, что с ним?
— Ты в такое местечко ему пульнул! Жить-то он будет. Но до самый свой смерть будет петь фальцетом.
19
Мы разорвали простыню и забинтовали окровавленного ирландца.
Он с ненавистью глазел на меня, но не говорил ни слова.
Светлые глаза горели злобой. Гугге мы связали по рукам и ногам.
— Это не я, — попробовал он оправдаться.
— Слушай, — сказал я, — этот ирландский садист никогда бы не справился с Юлле в одиночку.
Он замолчал. Но снова пустился в разглагольствования, когда пришлось отвечать на вопросы.
В доме можно было ходить по щиколотку в деньгах. Люк в овощной погреб под кухней был открыт. Там стояли мешки с деньгами от первого ограбления броневика, в Фарсте.
Сегодняшняя добыча была погружена в «вольво».
Они собирались ехать в Хельсингборг. В Йончёпинге ждал специально оборудованный фургон. В нем они хотели спрятать деньги. Гугге охотно во всем признавался, детали так и перли из него.
План был простой и эффективный, незамысловатый, без выдумок.
Он не имел никакого понятия, кто жил в Бьоркбакка. Они просто выбрали этот дом среди прочих, вломились внутрь и обосновались там еще до ограбления у аэропорта. Телефона в доме не было.
— Я съезжу за помощью, — сказал я Зверю.
Солнце согрело поляну. В лесу пахло дымом — какой-то дачник жег мусор. Запахи осени. «Лейка» болталась у меня на груди. Я пытался вспомнить, а успел ли я что-нибудь снять.
В «вольво» было жарко. Как раз когда я садился за руль, послышался звук мотора. Я выскочил и побежал через поросший лесом бугор вниз к дороге.
Это был белый форд. Тарн, Янне и Кнаппен. Казачий патруль охотников за новостями.
— Эй, стойте, эй! — Я бежал, крича на ходу.
