В дьявольских морях корабль был словно щепка в урагане, идущем навстречу волнам. Огромная кавьята скрипела и билась, не давая покоя матросам, которые пытались закрыть все люки под шкоты, чтобы удержать корабль на плаву. Желудки дрожали от рокочущих волн, и каждый взмах ветра был как удар по груди....
Десятник считался одним из лучших мечей королевства, а уж в герцогстве был первым. С ним тут никто связываться не желал, вот он и наглеет.
За разговорами незаметно пришли на постоялый двор, где Винор убедился в моем дворянстве и, получив штраф в пять серебрушек, ушел, прихватив стражников. Я сунул в руку тому, кому разбил нос, монету, чтобы выпили пива, тот начал искренне извиняться за свое поведение, на этом и распрощались."
"Не успел закрыть дверь, как в нее тут же постучали, и на пороге появилась Иваста, а за ее спиной маячил шевалье Брюс фон Танделор.
– Дядя, тебя выпустили, у тебя все в порядке, все хорошо? – затарахтела она скороговоркой.
– Да, баронет, с вами все нормально? – поддержал ее Брюс.
– Как видите, судья не нашел мои действия опасными для общества, – улыбнулся я. – Вы уже завтракали? – перевел я разговор на другую тему.
Умывшись и очистив одежду от остатков соломы, я спустился в зал, где меня уже ждали Иваста и Брюс.
– Господин баронет, я взял на себя смелость заказать завтрак и вам, – проговорил Брюс.
– Благодарю вас, шевалье.
В это время подавальщица принесла завтрак и стала расставлять на столе тарелки. Я был ужасно голоден, вчера толком поесть не смог, и сегодня это уже не завтрак, а почти обед.
А они меня просветили, что было после того, как я упал без сознания. Помог мне его потерять, как я и думал, десятник наемников герцога. Он, придя в себя, схватил со стола глиняную кружку и приложил меня ею. В этот момент в помещение ворвалась городская стража и попыталась арестовать всех.
После того как мы поели, Брюс, сославшись на дела, отправился на местный рынок, а я решил переговорить с хозяином постоялого двора о возможности попасть в замок, даже не в сам замок, а за стену цитадели.
