Автор
Лена Крошина была потрясена состоянием Ирины Витальевны. Слезы сочного цвета капали из больших безоостановочно движущихся очков, но женщина не пыталась их вытереть. Её худые плечи тяжело вздрагивали под синей, постепенно выцветшей кофточкой, заставляющей понять, что здесь происходит что-то невероятное и трагическое. Лена присела на край стола и спросила: "Ирина Витальевна, что с вами?"...
Строгая докторша оказалась на месте, но собиралась уходить – прятала под колпак пышные кудрявые волосы.
– Вы ко мне? – спросила она, поворачиваясь, и узнала Лену. – Да, точно, ко мне, я вас помню. Вы по поводу Красиной приходили.
– Я и сейчас по тому же поводу. Как ее состояние?
Врач сунула руки в карманы и присела на край стола:
– Мне бы не хотелось, чтобы вы ее допрашивали.
– Доктор, вы не понимаете, – вмешался Паровозников, чуть отодвинув Лену в сторону. – Мы ведь не из интереса сюда мотаемся, у нас полно работы.
Врач долго смотрела на Андрея, думая о чем-то, и, видимо, решала, стоит ли верить его словам и как поступить. Потом, вздохнув, сказала:
– Идемте. Я предупрежу медсестру, чтобы была готова к экстренной ситуации. И очень вас прошу – будьте как можно аккуратнее в формулировках, не давите на нее.
– Я же вам пообещал, – укоризненно произнес Андрей.
– Ну, посмотрим, – неопределенно отозвалась врач, шествуя впереди них в палату.
На кровати у окна лежала маленькая худая женщина с седыми, собранными в пучок волосами. Глаза ее были закрыты, тонкие руки, лежавшие поверх белого пододеяльника, казались прозрачными, и вся она производила впечатление скорее неземного существа, чем женщины, пусть и больной.
– Галина Васильевна, – негромко окликнула женщину врач, и та открыла глаза. – К вам тут пришли. Вы можете разговаривать?
– Да, конечно, – чуть хриплым голосом сказала женщина, глядя прямо на Лену. – Вы ведь из прокуратуры, да?
– Да. Как вы себя чувствуете, Галина Васильевна?
– Это неважно. Мне нужно вам кое-что сказать.
Андрей выразительно посмотрел на врача, и та, кивнув, вышла из палаты, а Паровозников придвинул Лене стул:
– Присаживайся, – и сам отошел к окну.
Лена села и приготовилась слушать. Красина какое-то время полежала молча, но потом, вздохнув, произнесла:
– Я убила своего сына.
– Что? – Даже не сразу поняла Крошина. – Какого сына?
– У меня один сын. Был. Долженков Сергей Иванович. Я столкнула его с веранды в ресторане «Титаник». Почему вы не записываете? Арестуйте меня, пожалуйста.
