Автор
Лена Крошина была потрясена состоянием Ирины Витальевны. Слезы сочного цвета капали из больших безоостановочно движущихся очков, но женщина не пыталась их вытереть. Её худые плечи тяжело вздрагивали под синей, постепенно выцветшей кофточкой, заставляющей понять, что здесь происходит что-то невероятное и трагическое. Лена присела на край стола и спросила: "Ирина Витальевна, что с вами?"...
"
"Лена подумала, что начинает сходить с ума – вот и вторая претендентка на роль убийцы, просто соревнование у них с невесткой, кто раньше признается.
– Так, Галина Васильевна, давайте не будем торопиться и обсудим все основательно и взвешенно. Такими признаниями не разбрасываются, это ведь уголовная статья, вы понимаете?
– Почему вы ничего не записываете? – проигнорировав Ленин вопрос, настойчиво повторила Красина. – Я убила своего сына, я убийца, понимаете? Мое место в тюрьме.
Лена сжала пальцами переносицу, чувствуя, что у нее закружилась голова.
– Галина Васильевна, – стараясь быть убедительнее, произнесла она, надеясь, что Красина одумается. – Я понимаю, что вы хотите помочь невестке.
– Вы что, не слышите? – перебила ее Галина Васильевна. – Я же ясно сказала – это я убила Сергея. Не Арина. Я.
Лена поняла, что таким образом ничего не добьется, и решила зайти с другой стороны.
– Ну, хорошо, допустим, я вам верю. Тогда, если можете, расскажите подробно, как это происходило.
Красина начала своим тихим голосом описывать сцену убийства, и Лена, слушая ее, вдруг поняла, что женщина говорит более уверенно, чем Арина.
– А почему вы это сделали? – когда Красина умолкла, спросила Лена.
Галина Васильевна помолчала пару минут. Лена слышала, как напряженно дышит за ее спиной неслышно подошедший Андрей.
– Понимаете… даже не знаю, с чего начать. Дело в том, что мой муж, Сережин отец… он…
– Не надо, Галина Васильевна, я все это знаю – он вас тоже бил. И точно так же потом задабривал подарками.
