Автор
Девяносто четвертый день после развода — это точное количество дней, за которые она узнала о том, что мужик ее внуков больше нет дома. В семье полным ходом катится сюжет жизни: двое детей, студент и будущий отец. Все выглядит ярко и драматично, как в фильме — до тех пор пока случайный звонок не раскрывает истинную правду о том, что изменилось в их семье.
Не будет никакого заехать на обед, и почему вы не позвали меня на ужин. Не будет ничего из того, чем ты мракобесил все эти полгода.
— Алёнушка, Алёнушка. — Потянулся ко мне Альберт, но я опять отступила.
— Ты, если будешь видеть меня на дороге, перейдёшь на другую сторону. Если вдруг захочешь мне позвонить, позвони своей Элле. Если вдруг тебе когда-то покажется что я вдруг снова твоя, ты вспомнишь о том, как я визжала под тобой чтобы ты меня не насиловал! Помни об этом, Альберт, и не забывай, что побои и факт изнасилования я сейчас поеду и сниму. И в любой момент заявлю на тебя.
33.
Шаг за шагом я выходила из палаты, в какой-то момент растерянно наклонилась, подхватила худик.
Альберт стоял, расширенными от ужаса глазами смотрел на меня, я только качала головой.
Нет, нихрена, точку ставила здесь и сейчас, к чёртовой матери, все, что было!
Я головой понимала, что факт насилия не будет доказан, но мне хотелось, чтобы он верил в то, что он все-таки это сделал.
Сделал, и теперь логично, что я его не видеть, не слышать не могу и не хочу.
Выскочив в коридор, я налетела на медсестру с врачом.
— А что у нас капельница закончилась? — Спросила строго женщина моего возраста, а я пожала плечами, обогнула их и медленно пошла по коридору пока не добралась до лифта.
Спустилась, вышла на улицу, накинула на плечи худик, застегнула до горла, вытащила мобильник, вызвала такси.
— Что ж вы с одной больницы в другую?— Спросил таксист, хмуро глядя в зеркало заднего вида, я пожала плечами.
— Пушкина, тридцать два, — произнесла, я подтверждая, что да, мне нужно в больницу.
Я приехала в частный медицинский центр, в травмпункт не могла идти со своими синяками, потому что они вызовут ментов, а мне надо было только зафиксировать свидетельства побоев. А в частной клинике это все быстро осмотрят и запишут без какой-либо привязки к тому, что будут вызывать ментов.
Я не знала, конечно, наверняка, но я точно знала, что в травмпункте обязательно вызовут полицию, но мне сейчас это было не нужно.
Я не хотела сейчас ломать всю эту историю, которую обдумывала, сидя в палате.
Нет, пусть лучше он каждый раз вздрагивает и боится то, что я могу вытащить все эти документы и обнародовать их.
Врач дежурной смены зашёл в смотровой кабинет, я медленно стянула с плеч худика.
— А вы заявление писать будете?
— Мне надо, чтобы вы просто зафиксировали факт причинения вреда.
— Мы частная клиника. Наши записи не будут рассматриваться в суде никаким образом.
— Я знаю.
