Подальше от стресса…
— Да…— бросаю на него взгляд, — Я не хочу уезжать. Хочу быть рядом с ним, но он не готов…Это обидно, ведь в горе и радости…
— Я передам ему твои слова.
— Скажи, что я буду ждать весточки. Хорошо?
Киваю и поворачиваюсь к выходу, но в спину мне вдруг летит…
— Я же могу сказать ему о ребенке?
— Он ради тебя их свернет, Лиза. Если я скажу, что ты на самом деле от него уйдешь — послушает. Дошел уже до точки невозврата, теперь точно послушает.
— Знаю…думаю, что он...наконец-то рассказал, потому что подумал, что я уже ушла.
— А ты ушла? — тихая надежда в голосе заставляет меня улыбнуться уверенней.
Я поворачиваюсь лицом к Саю и слегка жму плечами.
— Боюсь, я его никогда не брошу на самом деле. Я люблю его. Несмотря ни на что. Я так сильно люблю его, что буду рядом...даже после всего. Развод — херня. Он всегда был херней. Попыткой заставить его...прекратить вести себя так! Услышать меня! Я хотела, чтобы он меня услышал и понял, но...теперь это значения не имеет. Я приняла решение.
— Адам — мой муж. Отец моего ребенка. И я его, твою мать, не брошу! Дура? Наверно...
— Ты не дура, Лиза. Он тебя правда очень любит. Никого так не любил никогда...
— Знаешь? Я так долго мучилась вопросом...почему? Почему он спит с ними? У нас же все так хорошо, он меня любит, и я это знала! Всегда знала, даже в моменты отчаяния, но тогда почему?
Сай поджимает губы и прячет глаза.
— И скажи... — голос падает до шепота, — Что тогда...я говорила все это, но думала о нем. Потому что я всегда хотела, чтобы это был он. Ладно? Передай. Он поймет.
Сай слегка кивает, и я покидаю дом, полный осколков не только вещей, но и душ. Всех нас, кто теперь повязан в этой истории. Но я верю, искренне и глупо, возможно, верю! Что все еще можно собрать. Если постараться...
А ради такой любви, как наша? Стоит не только стараться изо всех сил, но и биться с особой жестокостью.
Перевожу взгляд в окно, а сама недобро усмехаюсь. Ну, Изи, подожди. Совсем немного. Ты так пожалеешь, что твоя вонючая душонка не сгорела дотла или не захлебнулась в ботоксе, который ты себе вкалываешь. Это я тебе обещаю.
Ведь за него я сотру тебя с лица земли.
— Паш? — говорю ровно, тихо, серьезно.
Паша сразу это чувствует и напрягается.
— Я приеду через полчаса примерно. Будь дома, окей? Есть разговор.
Вроде усмехается, но я чувствую, что это маска. Прячет волнение. Не стоит. Со мной все хорошо. Теперь ведь моя очередь сильной быть ради него, и я буду.
