В шоколаде все кажется обычным до тех пор, пока ты не слышишь его голос — безумно знакомый и одновременно страшно неожиданный. Тревожно дрожащий телефон прерывает твой сон, и ты пыталась вернуться в реальность, прежде чем ответить.
Само собой, разговор с Черником по телефону ты не записала?
– Конечно, с какой стати?
– Значит, нет никаких доказательств, что звонок был?
– Волков…
– Заткнись. Имей в виду, – ткнув в меня пальцем, устало сказал он, – если выяснится.., если никакого соседа нет и алиби тоже нет, я палец о палец не ударю… Нет, я тебя собственноручно в тюрьму отправлю, даже если самому придется… Я не буду покрывать убийц за ваши паршивые деньги. Поняла? Не буду.
– Не ори, – вздохнула я, налила водки в две рюмки, залпом выпила свою, вторую подвинула Волкову.
– Мы?
– Я и заморский гость, то есть…
– Даже в такое время ты не можешь обойтись без дурацких шуточек.
– Ладно, извини. Черник пригласил меня в кабинет и понес какую-то ахинею, дескать, мы ждем, что у него не выдержат нервы. Он был уверен, что я подозреваю его в убийстве девушки.
– А ты подозревала?
– Конечно, хотя это и казалось мне крайне сомнительным.
Волков выпил водки и теперь молчал, он сверлил меня взглядом, но чувствовалось, что душой Волков подобрел. Наконец он спросил ворчливо:
– Кто-нибудь мог взять твою машину?
– Теоретически – конечно.
– А блондинка за рулем? Впрочем, было уже темно, а достать парик не проблема, вот тебе и блондинка. Но главное – сосед Черника.
– Волков, зачем кому-то понадобилось его убивать? – спросила я.
– А я откуда знаю? Сил нет, как мне осточертели ваши… Ладно, извини. Думаешь, его убийство как-то связано с теми тремя?
– Логично предположить такое, разве нет?
– Не знаю.., не знаю, – со вздохом повторил он.
