В шоколаде все кажется обычным до тех пор, пока ты не слышишь его голос — безумно знакомый и одновременно страшно неожиданный. Тревожно дрожащий телефон прерывает твой сон, и ты пыталась вернуться в реальность, прежде чем ответить.
Мы подкатили к отделению, и первое, что я увидела, был ярко-красный “Фольксваген”, в котором сидели двое ребят из команды Лялина. Завидев меня, оба вышли из машины и не спеша приблизились.
– Ты ментам звонила? – спросил старший из них, которого звали Петром.
– Да.
– Тогда все в порядке. Они забрали девчонку пять минут назад.
– Кто забрал? – уточнила я.
– Двое парней в форме подкатили на “газике”. Раньше я их не встречал.
Происходящее разом перестало мне нравиться, но торопиться с выводами я не стала. Для начала я решила позвонить Волкову, но надобность в этом отпала, потому что как раз в тот момент, когда я набирала номер, подкатил и он.
– Где она?
Ребята Лялина незамедлительно вернулись в “Фольксваген”, решив, что нам есть что сказать друг другу.
– Семь минут назад ее забрали менты.
– Какие менты? – зашипел Волков, косясь на мою машину, в которой мать Марины начала проявлять признаки беспокойства. Светлый облик Лукьянова настойчиво напоминал ей о материнском долге, и теперь она рвалась его выполнить.
– Тебе лучше знать, – ответила я.
– Черт возьми, – принялся махать он руками, что у него служило проявлением повышенной нервозности. – Ты можешь объяснить толком?"
"– Могу. Я подъехала несколько минут назад, ребята Лялина уже были здесь. Они утверждают, что за девчонкой приехали двое в ментовской форме на милицейском “газике” и отбыли в неизвестном направлении.
– Идем со мной, – буркнул Волков, и мы вместе отправились в отделение.
Там начались по-настоящему интересные вещи. Прежде всего я заметила фото Марины на столе у дежурного, фото лежало под стеклом рядом с самыми важными бумагами, например с графиком дежурств.
Волков побеседовал с дежурным, тот сообщил, что девчонку забрали, как он выразился, “сотрудники”. Однако откуда те взялись, он понятия не имел. Они просто явились и сообщили, что девочку ищут как важного свидетеля. Удостоверения, конечно, предъявили, но он ими не очень интересовался, то есть мазнул взглядом и фамилий не запомнил.
Наблюдать эту сцену я сочла неуместным и вышла на улицу, игнорируя “Жигули”, где продолжала волноваться мамаша. Я подошла к “Фольксвагену”. Петр спросил:
– Пташка улетела?
– Ага, – вздохнула я. – Номер машины, характерные приметы?
– Пожалуйста, – протянул он мне лист бумаги. Как всегда, ребята Лялина действовали оперативно.
