В шоколаде все кажется обычным до тех пор, пока ты не слышишь его голос — безумно знакомый и одновременно страшно неожиданный. Тревожно дрожащий телефон прерывает твой сон, и ты пыталась вернуться в реальность, прежде чем ответить.
– Знаешь почему? Это уже не имеет значения. Поняла? Ее убил Нефедов.
– С какой стати? – насторожилась я.
– Откуда мне знать. Приревновал, наверное. Я ждал его в машине, он позвонил мне на мобильный и велел подняться в квартиру. Я поднялся и увидел девицу с чулком на шее. Шеф был вне себя от страха, утверждал, что не помнит, как это произошло. Надо было что-то решать. И тут мне в голову пришла мысль представить дело так, будто в квартире поработал психопат. Я взял на кухне нож и произвел вскрытие.
– Зачем оставил визитку Деда?
– Чтобы отбить у ментов охоту копаться в этом деле.
– Ага, – кивнула я, а он улыбнулся, но ответной улыбки не получил. – Мне и Чернику звонил по той же причине?
– Конечно.
– Все вроде складно, – почесала я нос в раздумье, – но не очень правдоподобно.
– Чего? – скривился он.
– Того. Ну, придушил твой хозяин девчонку под горячую руку, чего ж проще – позвонить Деду и покаяться. Девчонка пропала бы без вести, и никому в голову не пришло бы интересоваться ее местонахождением у Нефедова.
– Подожди, – с трудом разжав челюсти, сказал он. – У нас еще будет время обсудить это. Я выпущу тебе кишки наружу, только в отличие от той патаскухи ты увидишь их своими глазами.
– Спасибо, что предупредил, – вздохнула я. – Сам понимаешь, особо сострадать тебе мне и в голову не придет. – Я взглянула на часы и попросила:
– Расскажи мне о Губареве.
Услышав фамилию человека, работавшего на наших конкурентов, Сергей заметно сник.
– Какой, к черту, Губарев? – рыкнул он, и это было ошибкой, он сам это понял, да поздно, облизнул губы и покосился в сторону Лукьянова, тот поднялся, приблизился и попросил:
– Расскажи.
Надо отдать Саше должное, в отличие от меня, он умел уговорить человека. Не прошло и минуты, как Сергей начал рассказывать.
