В шоколаде все кажется обычным до тех пор, пока ты не слышишь его голос — безумно знакомый и одновременно страшно неожиданный. Тревожно дрожащий телефон прерывает твой сон, и ты пыталась вернуться в реальность, прежде чем ответить.
Гостиную я использовала как спальную, кухню как гостиную, столовая вовсе была мне без надобности, как, впрочем, и вся эта квартира. Но Дед рассудил иначе, а я с ним не спорила, точно зная, как это бесперспективно. Квартира досталась ему за гроши, и он не придумал ничего лучше, как подарить ее мне. Само собой, я изобразила восторг по этому поводу, потому что подарок свидетельствовал о том, что Дед любит меня по-прежнему и все у нас с ним ладненько да складненько.
Я прошла на кухню, включая везде по дороге свет, потому что не терпела темноты.
Я включила чайник и немного постояла у окна, опершись на подоконник. Небо серело, но кухонное окно выходило в сквер, и там, в тени деревьев, было еще темно. Я заварила кофе, подумала и достала из холодильника бутылку мартини. Мартини я пью, как пьют водку.
– Да.
– Привет, – услышала я хриплый голос, не мужской и не женский.
– С какой стати?
– Ведь ты знаешь: это он вспорол брюхо девчонке.
– Какое брюхо? – хмыкнула я, взглянув на определитель номера. Звонок был из автомата. Я схватила сотовый и торопливо набрала нужный номер, боясь, что хриплый прекратит разговор и я ничего не успею.
– Дуру из себя не строй, – весело заявили на том конце провода. – Ты ведь уже видела ее? И знаешь: девку пришил твой любовник.
– Но… – начала я, однако в аппарате раздались короткие гудки.
– Чего у тебя? – спросил он хмуро и зевнул. – Телефонный звонок. Из автомата.
– Чего хотели?
– Весьма информированный гражданин, знает даже то, что ему знать не положено.
– Понял, – ответил Сергей совершенно другим голосом. – Подключу твой номер. Еще что-нибудь?
– Пока ничего в голову не приходит, – вздохнула я и простилась с ним. Швырнула сотовый в кресло и задумалась.
