Женщина теряет веру в своего мужа и рушится её привычный мир. Когда любимый человек предает доверие, остаётся лишь боль и разочарование. Но жизнь продолжается, и нужно найти в себе силы начать всё заново, несмотря на глубокие раны прошлого.
Она на нас даже не смотрит. Когда гости приходят, тогда смотрит. И не поет, и про крота не читает, и не целует. Мам, зачем ты в Москву укатила? Помнишь, как раньше хорошо было?
Ольга прижала его крепче, отвернулась – не надо, чтобы он видел, как она плачет, нельзя, ему и так не сладко.
– Скоро опять будет хорошо, Мишка. Это я тебе обещаю. Я, знаешь… Я все время про вас думаю, и на работе, и дома, и везде. Про вас с Машей. Ты… скажи ей, что я ее очень люблю. Скажешь?
– А сама почему не говоришь?
– Я не могу. Мне… В общем, я не могу сейчас домой явиться…
– Почему?"
"– Миш, я обещаю: когда-нибудь все объясню. А сейчас просто скажи ей, ладно?
– Ладно… Мам, а ты с Машкой тоже будешь лежать? Когда ей аденоиды вырежут?
Ольга кивнула:
– Конечно, буду.
Мишка задумался, потом спросил:
– А как ты нас заберешь, если ты в Москву укатила?
– Я вас в Москву заберу.
Снова задумался.
– А папу тоже заберешь?
Ольга помолчала немного. Господи, как же ему все объяснить-то?..
– Наверное, папу придется оставить. Наверное, он с нами не поедет.
Мишка вдруг заерзал, засуетился, вывернулся из-под ее руки:
– Ой, я пошел. Мне с тобой нельзя, а я забыл. Забыл я!
Ольга задержала его руку – еще немного, хоть пару секунд…
– Мишка, я тебя люблю очень.
Он подумал немного, потом прижался к ней лицом, обнял:
– Я тебя, мама, тоже люблю.
Схватил рюкзак и опрометью кинулся к воротам.
У ворот уже ждала Зина. Недовольно притопывала ногой:
– Ну? Почему так долго?
Мишка соврал, что классная всех задержала после звонка.
Всю дорогу домой Зина молчала. А сама думала, как бы так Стасу половчее ввернуть, что мальчишка-то уже, между прочим, не грудной. Вон лоб здоровый вымахал! Пусть бы сам в школу ходил! Ей до смерти надоели эти вечные встречи, проводы, прогулки, уроки… Она молодая, ей жить хочется, а не с чужими детьми нянькаться…
* * *После того как Мишка убежал, Ольга долго еще сидела на заднем дворе, курила и ревела. Выкурив почти пачку, она кое-как успокоилась и пошла к Григорию Матвеевичу.
Дверь была заперта. Странно. Она ведь сообщила, что приезжает. Дозвониться не смогла, но отправила телеграмму.
Послышались шаги на лестнице, на площадку, тяжело дыша, вскарабкалась соседка. Увидела Ольгу, которая топталась у двери.
– Вы к Григорию Матвеевичу?
Ольга кивнула:
– К нему.
Соседка поставила на пол сумку, стала шарить в поисках ключей.
– Нету его. В больнице. Доктор сказал – помирает.
– Как помирает?
– Как, как!.. Господи, да где ж ключи-то?..
