Автор
Под ногами Полли Керкем скрипела тонкая подстилка льда, она шла по городским улицам, напевая что-то негромкое. Было зимнее время года, но за снегом на ее просторном платье не чувствовалось холода — рядом висела толстая шаль. Полли возвращалась со своей корзиной яиц от Филдинг-фермы, примерно в четырех милях от Наву и ее дома....
С развевающимися на ветру волосами он поскакал к вигвамам и с гиканьем, которое не могло бы родиться в глотке белого человека, он влетел в лагерь. Несколько воинов подбежали к нему, вытащив ножи, но его осанка, властная манера поведения и громкие команды на их родном языке заставили их держаться на расстоянии.
Воины колебались. Он не был пауни, но выглядел как пауни. Он говорил на языке пауни. Внешне Дарт казался холодным и невозмутимым, но его сердце билось с непривычной для него силой. Если он оценил ситуацию неправильно и вождь племени не Красное Облако, то ему конец, а он лучше кого бы то ни было знал, какие мучительные способы убийства могут придумать пауни.
— Отведите меня к моему брату, вождю Красное Облако, — надменно потребовал он, а заметив на верхушке одного из вигвамов волчье ухо, сам направился к этому вигваму.
Полли нигде не было видно. Но если оказалось бы, что мужчина, вышедший из вигвама вождя, не Красное Облако, то здесь Полли или нет, было бы уже не важно.
— Значит, ты вернулся.
— Я вернулся, как возвращался раньше.
— В прошлый раз это было семь лет назад. Семь лет — долгий срок, брат.
— Не в жизни мужчины.
Красное Облако знал о его жизни, знал, что он воевал с врагом, но детские узы держали крепко, и когда они встречались, то были не вождем индейцев и майором армии Соединенных Штатов, а Красным Облаком и Огненным Дротиком — друзьями, равными по положению. На темно-оливковом лице, обрамленном головным убором из великолепных перьев, появилась улыбка. Красное Облако протянул руку.
— Входи.
"Вокруг мельтешили жены вождя, позвякивая серебряными серьгами и сверкая браслетами. Мужчины сели на ложе из мехов и шкур. Дарт знал, что сначала они должны раскурить ритуальную трубку мира, и только после этого он сможет спросить про Полли. Спрашивать раньше было бы оскорбительно. Полли… Дарт чувствовал болезненное напряжение в груди, от которого было трудно дышать. Даже просто думать о ней было мучительно. У него холодела кровь, когда он представлял ее участь.
