Встреча между дочерью и сыном, где последний объясняет причину своего отказа от брака — наследство, которого у них недостаточно для существования вместе. Девушка теряется в выборе: продолжать жить под давлением отцовской заботы или уйти в мирный уголок, как бы ни было трудно. Трепещущая жизнь ребенка становится неразделимым атрибутом любви и ответственности....
А так лишь потерей невинности тыкал…
К сожалению, расспросы пришлось прекратить. Вернулась старшая служанка с отваром, и девушки замкнулись. Пришлось пить. Зато заснула после ужина как убитая.
Самира
– Самира, давай скорее! Пока ты соберешься, ярмарка закончится.
– Уже выхожу!
Вытащив из прически локон, который теперь кокетливо обрамлял лицо, я бросила последний взгляд в зеркало и вышла из комнаты. Под нетерпеливым взглядом Мари бегом спустилась по лестнице. Подруга уже пританцовывала от нетерпения в холле.
В честь праздника отец отпустил слуг, и в доме было непривычно тихо.
– Ух ты! Сегодня ты точно сведешь с ума своего любимого Себастьяна де Круа, – окинула Мари меня восхищенным взглядом с головы до ног.
– Не говори глупостей! – отмахнулась я. Но на душе было приятно. Не зря провела за туалетом несколько часов. – Ты сегодня тоже прекрасно выглядишь. Новая шляпка?
– Да, отец привез из столицы. Я ему сказала, что ты уже месяц ходишь в новой модели, одна я как провинциальная простушка.
Я рассмеялась.
В городе мы лучше всех одевались. Даже аристократки нам завидовали, хоть и задирали нос. На сестрах Себастьяна и то были прошлогодние платья.
В меня эти слухи вселяли надежду. Может, не просто так он проявляет ко мне внимание, а с серьезными намерениями. Ведь не они первые, не они последние из аристократов, путем женитьбы поправляют свое материальное положение. А деньги у моего отца есть, и за единственную дочь он даст хорошее приданое.
За Мари, например, начал ухаживать Грегори, третий сын лорда Шелуа. Приехал в наш город для прохождения практики после учебы.
– Идем, а то Грегори уже устал ждать нас на улице.
– Не беспокойся, тебя он способен ждать вечность! – рассмеялась я, и мы вышли.
Возле открытого экипажа у дома нетерпеливо прохаживался Грегори. Его черные как смоль волосы были собраны в низкий хвост, но ветер уже растрепал несколько прядей, делая его еще привлекательней. Ему невероятно шла военная форма.
