Вскрытие показало... Улицы покрылись водными полотнами, а игровые площадки превратились в затопленные болота. Я забрела под звуки капели с шиферной крыши и увидела сумрачный сон — белое нечеловеческое лицо сквозь иссеченный дождем стекло.
— Я это проверил. Всего было задействовано три бригады. Ни в одном из четырех случаев ни один санитар не появлялся непосредственно на месте преступления.
Я спокойно заметила:
— Как правило, неизвестные источники при ближайшем рассмотрении оказываются сложной комбинацией источников известных. Ваш «медицинский источник» может представлять собой этакий дайджест — что-то сказал санитар, что-то — полицейский, остальное журналист подслушал или подсмотрел, пока вертелся около дома жертвы.
— Все это вполне возможно, — кивнул Эмберги.
И тут я взорвалась.
— Умышленно? Вы что, намекаете, что мы умышленно информируем журналистов? — Я уже приготовилась привести убийственные аргументы в свою защиту, однако слова внезапно застряли у меня в горле.
По шее вверх поползла горячая волна. Я все поняла. Моя база данных. Неужели Эмберги намекает на вторжение в мою базу данных? Откуда же он узнал?
Эмберги продолжал, как ни в чем не бывало:
— Люди любят поговорить, и наши сотрудники — не исключение.
"Таннер был лаконичен:
— Мэр очень недоволен.
— Никому, — холодно отвечала я. — Только вряд ли кто-нибудь одобрит такую позицию городских властей.
— Кей, — Болц попытался меня урезонить, — никто ничего такого не имел в виду.
— Ни в коей мере, — поспешно вставил Эмберги. — Но мы все должны учитывать. А ситуация непростая. Одна ошибка с нашей стороны — и нам всем несдобровать.
— Несдобровать? Почему? — спросила я осторожно и по привычке посмотрела на Болца.
