В книге "Вторая молодость Фаины" читатель окунется в драматическую жизнь женщины, которая переживала несметные трудности, начиная с учебы в школе и заканчивая борьбой за участок земли. Несмотря на множество испытаний, Фаина смогла сохранить семью и поддержать своих близких. Теперь она может расслабиться и отдохнуть в полной безопасности, окруженная любовью и теплом семьи.
Так появился документ, где Фаина Стрешнева якобы переписывает землю на свою матушку. Теперь это, конечно, не имело никакого значения, но у меня возникло опасение, а не получится ли так, что, узнав об исчезновении угрозы в лице Вышинского, да и кредитора Дулова, Анна Игнатьевна не прикатит обратно в Россию-матушку, чтобы потребовать что-то от своей выжившей дочери?
И как оказалось, мои опасения были не беспочвенны. Последнее письмо было не распечатано и адресовано оно было по-прежнему Вышинскому.
Заметив, что я взяла его в руки, Валентина Егоровна тихо сказала:
— Оно пришло уже после того, как Сергея Николаевича арестовали."
"Я открыла письмо, и не без удивления увидела, что матушка сообщает о своём выезде из Парижа для окончательного оформления сделки по передаче земли Вышинскому. Письмо было от третьего числа.
— Валентина Егоровна, а вы не подскажете, — спросила я, похолодев, — сколько ехать из Парижа до Санкт-Петербурга?
— Поезд должен прибыть либо сегодня вечером, либо завтра утром, — ответила она.
— Какая прелесть… — пробормотала я, а вслух спросила: — Как вы думаете, Валентина Егоровна, куда Анна Игнатьевна направится, если у неё нет жилья в Петербурге?
— Скорее всего, в гостиницу, — ответила она. — И будем надеяться, что там она прочитает газеты, в которых есть новость о шумном аресте Сергея Николаевича.
— А я вот думаю, что газет она не прочитает, — сказала я. — И отправится она, скорее всего, к вам. Сюда.
— Возможно, — кивнула Валентина Егоровна, — но я её не приму.
Я улыбнулась:
— И это весьма уместно, — сказала я, — но мне бы всё же хотелось разобраться с этой женщиной раз и навсегда.
Я вздохнула и рассказала Валентине Егоровне, что начала процесс исключения Анны Игнатьевны из рода.
— И вот теперь мне, наверное, стоит встретиться с Анной Игнатьевной, — сказала я, — чтобы об этом ей рассказать.
— Тогда вы считаете, что мне стоит принять её? — уточнила Валентина Егоровна.
— Нет. Вы можете не принимать. Просто передайте, пожалуйста, ей, что я буду ждать её в ресторане «Донон» на обед.
— А когда? — спросила Валентина Егоровна.
— Как только от вас придёт лакей с известием, что Анна Игнатьевна «приглашена» мной на обед.
На лице Валентины Егоровны появилась лёгкая улыбка.
— Да, Фаина Андреевна, — сказала она, — не знал мой супруг, с кем он связывается.
И мы обе посмотрели друг на друга понимающе.
***
Алексей
Вот и настал четверг.
