Он сидит на скамейке, забравшись в собственный уголок тишины и безмятежности. Звуки улиц кажутся гулкими шепотами жизни, за которыми он не желает бежать. Этот особенный март, когда солнце старается пробудить мир после зимней спячки, только усиливает его отчуждение. Он здесь один, словно выждавший в сторонке, предвкушая какой-то неведомый выбор....
Он более всех остальных был заинтересован в возвращении исчезнувших из банка бумаг.
Вернувшись в свой кабинет, он отдал приказ, и пять офицеров ГРУ выехали в микроавтобусе в Загорск. В это время Дронго осматривал свою «камеру». Он уже понял, что это помещение расположено глубоко под землей. Дежурившие у дверей двое вооруженных стражей исключали всякую мысль о побеге. Кроме всего прочего, во время «прогулок» по запутанным коридорам «базы» он понял, что в этих помещениях находится довольно много людей. Следовало придумать какой-нибудь выход.
За свою бурную жизнь он несколько раз попадал в трудные ситуации. Однажды в Индонезии ему удалось убежать, используя психологию «стороннего наблюдателя», когда на идущего по двору человека с большой тяжелой трубой в руках никто не обратил внимания.
В Англии, где его задержали, ему удалось вырваться благодаря помощи бывшего советского агента, не разоблаченного в постсоветское время. Ему чудом удалось избежать смерти в Парагвае, Колумбии, США, Бельгии.
В Ираке убийца даже попытался выстрелить в него, но оказавшийся рядом агент ГРУ сумел сделать это на мгновение раньше.
На все просьбы Дронго и Манучара вывести их в туалет охрана не отвечала, строго предупрежденная о хорошей физической подготовке обоих заключенных. Следовало придумать нечто более целесообразное. Дронго наклонился к Манучару.
— Ты сумеешь идти?
— Вах, если надо отсюда бежать, я полечу, — убежденно сказал Манучар.
— Если бы мы могли поймать крысу, — задумался Дронго.
— С ума сошел, — дернулся Манучар, — только не эту проклятую Богом тварь.
— Мне нужна кровь. — Он подумал немного и встал. — Можешь сильно ударить меня в нос?
— Слушай, если тебе нужен инвалид, здесь уже есть один, — взмолился Манучар, — зачем тебе второй? Видишь, я весь в крови.
— Мне нужна свежая кровь. У меня сломан нос — если сильно ударить, пойдет кровь.
— Зачем тебе нужна эта кровь?
— Делай, как тебе говорят.
— Давай руку порежу, дам тебе кровь, дорогой, только не надо экспериментов.
— Это не эксперимент, Манучар. Там, наверху, решается наша судьба. Очень скоро они могут получить новые известия, и тогда нас пристрелят прямо в этой камере. Бей сильнее."
"Манучар, застонав, попытался приподняться. Дронго поддержал его, поставив товарища на ноги. Размахнувшись, Манучар сильно ударил по лицу Дронго. Боксерский удар профессионала сразу сказался.
