Он сидит на скамейке, забравшись в собственный уголок тишины и безмятежности. Звуки улиц кажутся гулкими шепотами жизни, за которыми он не желает бежать. Этот особенный март, когда солнце старается пробудить мир после зимней спячки, только усиливает его отчуждение. Он здесь один, словно выждавший в сторонке, предвкушая какой-то неведомый выбор....
— Арчил нахмурился.
— Может, кто-то из ваших конкурентов-соперников решил просто пощекотать вам нервы?
— Я им пощекочу, — мрачно пообещал Арчил. — Никто не посмеет такого сделать.
— Тогда в чем дело? Куда исчез ваш племянник? В любом случае поиски нужно продолжать с гостиницы.
— Договорились. А я узнаю утром, кто такая эта Коновалова.
— Только с одним условием: ничего без меня не предпринимайте. Это и в ваших интересах.
— Ладно, — нехотя буркнул Арчил.
У гостиницы оба автомобиля резко затормозили, и Дронго вышел из машины.
Спал он плохо. В гостинице топили с таким ожесточением, что термометр порой показывал более двадцати пяти градусов и ему приходилось часто открывать окно.
Утром его разбудил звонок Арчила.
— Я послал за тобой машину, — просто сказал он, — приезжай быстрее.
Вчерашнее происшествие как-то сблизило их. Приехав в огромный офис Арчила, Дронго с удивлением узнал, что известную коммерческую фирму контролирует группа Давида — Арчила. Последний принял его в кабинете президента фирмы.
— Мы выяснили, кто такая эта Коновалова. Она раньше работала у нас секретаршей. А я, старый дурак, совсем забыл. Ларисой звали.
Арчилу принесли какую-то таблетку и стакан воды. Он, морщась, проглотил, отпустив парня, дежурившего у его кабинета.
— Ведь я сразу подумал, что слышал такую фамилию. Эта девушка нравилась Ревазу, он одно время даже за ней ухаживал. Но почему, почему он ничего мне не рассказал?
— Она была вашей секретаршей?
— Нет, у вице-президента этой фирмы работала. У Кольчужкина.
— Она давно уволилась?
— Полгода назад. Я и не думал, что она встречается с Ревазом.
— Во всяком случае, он зарегистрировал ее как свою супругу. Где она живет, знаете?
— Конечно, уже послал людей.
— Я же просил, — укоризненно произнес Дронго, — не нужно суетиться. Это все так не стыкуется. Одно убийство уже произошло.
Раздался телефонный звонок. Арчил поднял трубку.
— Да, — раздраженно сказал он, — здесь твой напарник. Приезжай прямо сюда… Манучар звонил, — сказал он, положив трубку.
— Сколько лет было Ларисе Коноваловой?
— Двадцать два.
Девушка внесла два стакана чая, конфеты, печенье.
— Ты завтракал? — спросил Арчил у гостя. — Принеси нам бутерброды и бутылку коньяка, — приказал он девушке.
— Я не пью, — поморщился Дронго. — Тем более утром.
— Ты странный какой-то. Обычно ваши разведчики пьют как лошади и курят всегда самые лучшие сигареты.
