Некогда было размышлять, Элен трепетала от нового поворота в общении с ним. Смущённо пробормотав
"спасибо", опустила глаза.
Его отец, лорд Ванишгтон, громко, чтоб все услышали, оказывая поддержку Элен, сказал:
– Сын мой, я очарован твоей спутницей. Прелестная девушка!
Конечно, всё это не осталось незамеченным Стеллой. Казалось, она свернувшейся в кольцо коброй следила за Элен с другого конца зала.
– Лорд Алонсо! – к паре подошла Дейзи, держа под руку военного в тёмно-синем мундире,:
– Мы вами недовольны.
Дейзи деланно погрозила пальчиком:
– Держите свою даму в неведении, у неё не оказалось модных журналов. Закажите же, пусть прорисуют журнал для Элен. Надо же нам разговаривать о своём, о женском.
Алонсо молча улыбнулся, накрыл пальчики Элен своей ладонью, сопроводил девушку к ужину.
Гости рассаживались. Стол был достаточно широким, по центру его делили вдоль выставленные изящные ладьи. В каждой из них, в голубой лазури желе замер сахарный лебедь. С его крыла как бы упали по два пера, на них были вписаны имена приглашённых.
Элен оказалась напротив леди Эстер, чему была рада. Справа от Элен место было свободно, девушка успокоилась. Но не тут то было! На пёрышке, лежащим справа от прибора Элен, было вписано имя Стеллы.
Сначала перед лицом Элен мелькнула сумочка. Влетев в стол, смешав приборы, звякнув посудой, сумка оказалась точно на её тарелке .
Развязный голос Стеллы заставил всех замолкнуть и обернуться к ней.
– Я не сяду рядом с дворняжкой!
Алонсо не громко, но чётко сказал:
– Ты распустил её Грейс. При тебе она стала несносной.
Все гости напряжённо, с любопытством смотрели спектакль семейных разборок. Алонсо повернулся к сестре:
– Стелла, ты можешь уйти, если тебе не нравятся мои гости. Жди мужа в карете.
– Что? Да как ты смеешь выгонять меня, обменяв на эту мерзость!
Элен сидела одеревенев, не шелохнувшись.
– Тебе надо протрезветь, Стелла. Я помогу. Ты помнишь мой подарок? Кажется, с него ты рассчитываешься с ювелиром? Я отбираю у тебя виноградник и шале в Глейнташ. Ты наказана за неуважение к моей гостье.
– Ты не можешь отобрать, это моё!
– Ты братец, скоро сам станешь псом, раз снюхался с подзаборной швалью!
Внезапно Элен почувствовала острую боль. Стелла рванула её за волосы, вцепившись в причёску. Золотые шпильки, казалось, пробили голову Элен насквозь.
Ещё пару минут назад у Элен в душе теснилась обида. Ей надоело плавать в луже глубокого стыда.
