Элен обнаруживает странную сцену в лесу, где две фигуры с чешуйчатыми шлемами чавкают, а рядом пасутся лошади. Это вызывает у неё подозрения и тревогу, намекая на нечто необъяснимое. Вскоре она оказывается втянутой в опасные обстоятельства.
Вы когда нибудь пробовали усмирить подвыпившую (да что там говорить, набравшуюся) драконшу?
Вот и Грейс не пробовал. Но, пришла пора!
Грейс был в бешенстве. Стелла выставила его в самом неприглядном свете. На глазах военачальников, командиров он оказался под каблуком собственной распоясавшийся жены. Стыдоба какая!
Идя по коридору, Грейс крепко держал за локоть Стеллу. Она дёргалась, пыталась вырваться, шипела, плевалась. В тишине высоких сводов коридоров замка резко, неприятно отдавала эхом отстукивающия каждый шаг хищные шпильки её туфелек.
Боже, во что превращалась Стелла, стоило ей выпить! Узкие зрачки заплывали красным киселём, лицо бледнело, все черты обострялись. Гладкая причёска чёрных волос, такая эффектная, стильная – становилась чёрным шлейфом, обрамляющим череп внезапно постаревшей женщины. Глаза проваливались, кипели безумием, горели углями.
– Стелла, зачем ты это делаешь?
– Что именно, дорогой? – она вела себя как школьница, забывшая тетрадку в школе.
– Скажу грубо: тебе дали в морду.
– Ах, это такой пустяк! Ты не представляешь, какая сдача последует.
– Чего ты привязалась к его женщине?
– А ты чего её защищаешь? Уж не присмотрел ли себе новую шлюшку?
Им подали карету. Второй день шёл дождь, было сыро. Булыжная мостовая, каменные ступени – всё было чёрным. Лужи отливали зеленоватым серебром. Кони фыркали, неуютно переминались с ноги на ногу.
Грейс помогал Стелле сесть. Она возилась, путалась в подоле. Холодные капли попадали ему в лицо, за шиворот. Грейс злился всё больше.
Ему не хотелось садиться рядом, жена всё нестерпимо противной становилась ему. Пересесть бы в другой экипаж, но он должен договорить.
Наконец, карета тронулась.
Грейс, раздражённый, пытался говорить спокойно:
– Ты дракон высоких кровей, Стелла. Ведёшь себя неподобающе. Позоришь себя и меня.
– Вот видишь, Грейс. Ты даже рот не можешь мне закрыть. А всё почему? – Стелла икнула, неприятно передёрнулась:
– А потому, что боишься моего брата. Признавайся, ведь так?
Она захохотала, истерически повизгивая.
– Даже не начинай. Я всё равно плевать хотела на твои сопли. До тех пор, пока мой клан богаче всех других, вся шушера будет целовать мне пятки.
Она уставилась на него, вдруг ее лицо приняло совсем другое выражение, то которое в секунду приводило его в бешенство.
Она начинала играть роль маленькой девочки, строила глазки,хихикала:
– Грейси, я так больше не буду. Прям никогда.
