В непонятной Варшаве 1893 года начинается сюжет о ловких финансовых махинациях и жестоких уловках в мире страхования жизни. Книга раскрывает дьявольскую истину французского поднадежного журнала, способную навредить не только доверчивым клиентам, но и целым медицинским сообществом....
– Тогда откуда сведения?
– Логическое заключение формулы сыска…
Месье Жано нахмурился, но, судя по лицу месье Пушкина, тот и не думал шутить.
– Что за формула, расскажете?
– Немного позже… У мадам Алабьевой тоже была найдена булавка?
– Вы правы… В письме мой корреспондент обещал дать улики, которые изобличат преступника. Надо думать, укажут на него… Я пошел на риск: приехал в Москву…
Риск инспектора мог принести большую выгоду: за раскрытие сразу четырех дел его, скорее всего, повысят до комиссара полиции.
– Как фамилия вашего корреспондента?
– Месье Лазарев…
– Вы с ним были знакомы?
– Я уже говорил вам: эта фамилия мне совершенно не знакома.
– Он приходил на обе встречи?
Пушкину ответили вежливым кивком. Инспектор отличался хорошими манерами.
– Улики были предоставлены?
– О да, они слишком важны. Но месье Лазарев обещал привести сегодня живого свидетеля, который готов изобличить убийцу…
– Вам были показаны корешки страховых договоров?
– Месье Пушкин, ваша осведомленность меня пугает…
– Не стоит пугаться… Все договора были заключены в пользу одного лица.
– О да, вы правы.
– Некая баронесса фон Шталь.
– Именно так.
– Видели эту женщину?
– Нет… Кассиры, которые выдавали премии, описывали ее общими словами: почти любая красивая мадемуазель подойдет под словесный портрет… А вы видели баронессу?
– Месье Жано обещал дать все разъяснения, и вы их получите, – сказал Пушкин, вставая.
Француз тоже поднялся.
– Уходите? Оставляете меня?
– Через час жду вас в 1-м участке Пресненской части. Искать не придется, вас привезут мои коллеги. – Пушкин помахал, чтобы Актаев с Лелюхиным явились из укрытия, то есть из-за стола. – Вот тот молодой человек неплохо изучил вас. Он вас доставит в участок. Я буду там…
Жано протянул руку:
– Доверяю вам, месье Пушкин.
– Заключим франко-русский союз, – ответил он. – Пока ждете, поешьте блинов.
Больше всех был счастлив Актаев: не надо никого ловить и крутить руки. Он с большим удовольствием познакомился с человеком, за которым ходил три дня. А тот не заметил. Выходит: вроде обыграл француза…
• 60 •Перед глазами была темнота, но Агата поняла, что пришла в себя. Вокруг были звуки и шорохи, кто-то говорил шепотом, слышались тихие шаги по ковру. Слух ее обострился. Что бывает, когда человеку туго затягивают глаза.
