В непонятной Варшаве 1893 года начинается сюжет о ловких финансовых махинациях и жестоких уловках в мире страхования жизни. Книга раскрывает дьявольскую истину французского поднадежного журнала, способную навредить не только доверчивым клиентам, но и целым медицинским сообществом....
Кстати, его брат-близнец – коммерсант страхового общества, с которым ваш отец вел переговоры о продаже…"
"Одним движением смахнув хлебные фишки и восковой шарик, Кирилл Макарович вскочил и стал ходить кругами вокруг стола. Пока не замер перед Пушкиным.
– Или полная чепуха, или Валерия слишком многое от меня скрывала, – сказал он. – У меня не умещается в сознании то, что вы рассказали… Валерия… Булавки… Лазарев… Как я скажу об этом отцу? Он упечет меня в сумасшедший дом… Я не знаю, что тут сказать… Ну за что убивать Валерию?
– Логичное объяснение: в мужском костюме ее приняли за вас, – ответил Пушкин, вставая.
Кирилл Макарович с раздражением мотнул головой:
– Да о чем вы говорите? При чем тут «Гусик»?
– Риск затягивает, господин Алабьев… Лазарев рискнул сделать предложение вашей сестре – и получил кипяток в лицо. Валерия рискнула – и погибла. Я обещал вам, что найду баронессу фон Шталь, но след ее простыл.
– Уехала?
– Ее увез ваш отец. После этого он вернулся в гостиницу «Континенталь», забрал чемоданы и уехал…
Поймав пуговицу на воротнике, Кирилл Макарович стал застегивать ее трясущимися руками, как солдат перед расстрелом.
– Простите, господин Пушкин, это полная чушь.
– Его фамилия в списке постояльцев гостиницы.
– Отказываюсь верить…
– Как вам угодно. Госпожа Алабьева вяжет шарфы?
– Что вы! Не берет ни спиц, ни иголки в руки… Любит рисовать на пленэре…
– Кто в вашей семье носит вязаный шарф?
– Матвей любит замотаться до самого носа… В прихожей на его пальто висит…
В гостиную вошла Лидия Павловна и кивнула Пушкину, как старому знакомому.
– Кирилл, что случилось?
– Лерочка погибла, – ответил он и зажал рот, чтобы не разрыдаться.
Кажется, известие не слишком опечалило Лидию Павловну. Скорее для приличия она выразила, какое горе их постигло.
– Простите, мне надо вернуться к ребенку, – сказала она и быстро вышла.
– Отпустили кухарку? – спросил Пушкин.
– Нельзя было отказать на Масленицу… Господин Пушкин, найдите того, кто убил сестру…
– Вы не постоите за ценой?
В этот раз Кирилл Макарович не повторил ошибку делового человека.
В прихожей Пушкин напомнил про шарф. Кирилл Макарович обыскал вешалку, но ничего не нашел.
– Не пойму, куда делся, – проговорил он в сомнениях.
