В уединенном от шумов мира уголке Полина окунается в поток собственных мыслей, словно погружается в бесконечную чашу кофе. Глаза мельком бегают по двору за окном — привычному местечку с капризами бытия после недавних дождей, и лишь краем ума она оставляет свои раздумья наедине со слабо блестящей стеклышкой....
Переступил порог комнаты, сделал шаг в сторону, уходя с линии возможного огня, и подошел к ней сбоку. Осторожно перевел предохранитель обоих стволов в рабочий режим.
– Вот так, – заговаривал он Полю, перехватывая одной рукой стволы, а второй медленно, один за другим, разжимая ее сведенные судорогой пальцы. – Вот так, – повторил, опуская ее ладонь вниз. – Теперь другую ручку…
И принялся разжимать пальцы на цевье и курках ружья.
Разжав пальчики и перехватив ружье, он свободной рукой прижал девушку к своей груди.
– Ты молодец, Полин Пална, молодец.
– Да, наверное, – выдохнула она ему в рубашку, позволив себе пару мгновений постоять в его надежном, сильном объятии.
Еще разок коротко выдохнула и отстранилась.
– Стилет у него был? – спросила, глядя Ярыгину прямо в глаза.
– Был, – выдохнул он с сожалением. – Интересный такой, непростой: очень тонкий и очень острый. Не блефовал он, Полин Пална.
– Ты, Прохор Ильич, его с прицела не спускай. Видишь, какой этот гад хитрый, изворотливый и ловкий. Настоящая зверская сволочь.
– Постерегу, – пообещал Ярыгин, поднимая ружье и переводя замок предохранителя с курков в готовность к стрельбе. И не удержался от восхищения, быстро осмотрев оружие: – Зачетная вещь!
– Это да, – позволила себе коротенькую улыбку и всего секундное расслабление Полина, но, посмотрев на невестку, застывшую там, где встала по ее распоряжению, кинулась к той: – Настенька!!!
– Поля! – зарыдала сразу же Настюшка, упав в объятия Полины.
– Саввушка, выходи! – позвала Поля, вспомнив о племяннике.
– Мама!!! – закричал ребенок, выскакивая из шкафа и бросаясь к матери. – Мамочка!!!
Настюшка, резко обернувшись на крик ребенка, сделала шаг навстречу сынишке, поймала его, подхватила на руки и крепко прижала к себе.
– Савва, Саввушка… – повторяла и повторяла она, рыдая и смеясь одновременно, покрывая сынишку беспорядочными поцелуями.
– Мамочка, я помогал тете Поле дядьку злодейского поймать! – рассказывал, захлебываясь словами и слезами, ребенок. – Я был солдатом-разведчиком и тихо-тихо сидел, как она сказала, и даже не выскочил, когда ты пришла!
– Молодец! – похвалила его мать, все целуя то в щечки, то в висок или в нос – куда попадала.
А Поля, взяв телефон со стола, куда швырнула перед тем как встать с ружьем, отыскала в записной книжке номер, обозначенный просто – цифрой 1, и нажала вызов.
– Полина? – сразу же, после первого гудка, ответили ей.
– Вадим Юрьевич… – начала она.
