Удивительно, но это был именно тот самый санитар Сергеев, который когда-то прогнал отсюда и его, и Дудника, вернее, за шкирку отбуксировал с одного места на другое. Санитар либо охранял этот склад, либо ему поручили персональную опеку над опасным пациентом. Если последнее, то Павла он прозевал и сейчас готовился исправить свою оплошность.
– Тебе что, медом здесь намазано?! – взревел парень.
Санитар надвигался со скоростью и неотвратимостью матерого медведя, вставшего на задние лапы, чтобы подмять под себя жертву. Крупный экземпляр, мощный, уверенный в своей силе. Но именно самонадеянность и сыграла с ним злую шутку.
Сергеев протянул к Павлу руку, намереваясь, как в прошлый раз, безнаказанно схватить его за шкирку, но тот уже не хотел быть жертвой, поэтому, поднырнув под руку, кулаком нанес концентрированный удар в печень. Пресс у санитара был крепким, но удар у Торопова оказался мощнее. Задыхаясь от острой боли, парень сложился вдвое, с яростным хрипом опустился на колени, а затем рухнул на бок.
– Ничего, бывает и хуже, – оглядываясь по сторонам, тихо сказал Павел.
Он мог бы переступить через поверженного противника, чтобы закрепить свою победу, но делать этого не стал. Во-первых, не до ритуальных церемоний, а во-вторых, опасность еще не отступила. Шум за окном мог привлечь обитателей склада, а еще вслед за одним санитаром могли появиться и другие.
Так и оказалось. Сначала до его слуха донеслись мужские голоса со стороны больничного корпуса, а затем он услышал, как хлопнула дверь склада. Недолго думая, Торопов побежал к забору. Все решилось само собой. Путь обратно в палату заказан, так что выход остался только один – на волю.
Вдоль забора из железобетонных плит рос колючий кустарник, но Павла это препятствие не испугало. Его остановила высота ограды. Плиты плотно примыкали одна к другой, ни выступа, ни выбоины – нечем было зацепиться ногой, чтобы дотянуться до верхнего среза, заблокированного, кстати говоря, колючей проволокой. Но должна же быть какая-то лазейка, которую мог устроить для себя клоун-убийца. Возможно, им был тот самый мужчина, которого Павел видел сейчас на складе. Может, он живет там с согласия Эльвиры Тимофеевны, а чтобы не мозолить глаза не посвященным в их отношения людям, пользуется автономным выходом – слабым местом в заборе вокруг больницы. Если так, то это место должно быть где-то неподалеку от склада.
