Алан подходит к нему с интересом и начинает с профессиональной тщательностью облизывать руку. Ибрагим замечает Элизабет, сидящую в гостиной.
– А теперь простите меня, но я должен сказать…
– Вы должны? – спрашивает Элизабет.
– Я должен. Доброе утро, Элизабет. Очень раннее утро, позволю себе заметить.
– И вам доброе, – отвечает Элизабет, жестом приглашая его продолжить.
– Мы «Клуб убийств по четвергам», что ни для кого не новость. Встречаемся в одиннадцать утра каждый четверг в Мозаичной комнате. Позвольте мне раскрыть эти три пункта один за другим…
– Может, чаю? – спрашивает Джойс.
– Спасибо, Джойс, да, – отвечает Ибрагим. – Пункт первый: мы встречаемся по четвергам. По этому вопросу возражений нет, сегодня действительно четверг, и нам больше не нужно это обсуждать…
– Рон, от тебя прямо разит крепкой дурью, – замечает Элизабет.
– Она пристает к волосам, – отвечает Рон.
– Пункт второй: мы встречаемся в одиннадцать утра, и вот тут, как можно заметить, наши правила дали трещину, так как сейчас восемь утра. Есть ли причина, есть ли объяснение? Ни то, ни другое пока не получено.
– Как поживает Полин? – кричит Джойс из кухни, наполняя чайник.
Рон бурчит что-то уклончивое в ответ.
– Отсюда перейдем к пункту третьему, – продолжает Ибрагим. – Мы встречаемся в Мозаичной комнате, она же Пазловая, и, если быть кратким, я не вижу здесь никаких пазлов!
– Дурь очень полезна при артрите, – замечает Элизабет.
– Нет у меня никакого артрита, – бурчит Рон.
– А я никогда не видела секретных файлов об убийстве Кеннеди, – говорит Элизабет. – Ври мне больше, Рон, у тебя все на лице написано.
– Итак, прежде чем мы пойдем дальше, – продолжает Ибрагим, – я хочу знать, есть ли веская причина – и мое определение «вескости» в данном случае очень строгое – для того, чтобы мы встречались здесь и сейчас. Потому что это вносит хаос в мой неукоснительно соблюдаемый режим.
Алан влетает в комнату из коридора, виляя хвостом, и тут же направляется прямо к Ибрагиму. Затем начинает дергать Ибрагима за рукав.
– Вот еще один человек, сбитый с толку, – говорит Ибрагим, трепля Алана по голове. – Еще один человек, который понимает важность постоянства. Человек, понимающий, что сейчас время прогулок, а не сборищ. Даже несмотря на то что он собака.
Алан ложится на пол и подставляет живот Ибрагиму для чесания. Джойс ставит чашку с чаем на приставной столик.
– Спасибо, Джойс. Так что моя точка зрения такова.
