В вышине мерцающие проблески портят мрак бескрайних космических пространств, а внутри стрэйнджера* нарастает напряжение: Стэн осматривает чистящим сканером корабль, готовясь к важной миссии. Опоздавший экипаж уже подключен, и Войс выглядит спокойнее, чем обычно — лишь дрожь в руках свидетельствует о том, что он все еще испытывает тревогу перед взлетом....
Показать мне мое место, как это всегда делали другие мужики. Но чем дольше я смотрела в глаза Стэнфорда, тем яснее понимала, что не вижу в них ни кичливого азарта превосходства, ни торжествующего блеска. На меня с доброй улыбкой смотрел совершенно открытый и прямолинейный человек, почему-то лишая своим искренним взглядом всякой обиды и злости.
— Давай краба, Ривз, — подмигнул мне мужчина и, шокировав окончательно, схватил за руку, подтащив к скан-идентификатору. — Сейчас мы тебя представим Элис наилучшим образом, а то как-то не задалось у вас первое знакомство.
Я, если честно, вообще ничего не поняла, но послушно выдохнула, вдохнула, а потом положила на поверхность прибора сначала одну руку, а потом, по просьбе Стэнфорда, и вторую.
Откуда-то сверху выехала непонятная хреновина, захватив меня в пучок яркого голубоватого света.
Стэнфорд сосредоточенно бил пальцами по сенсору, пока я, разинув рот, глазела на новенький стрэйнджер и думала о том, что когда СМК поймет, какое сокровище им подарили, они ноги целовать будут владелице «Спаркс Гэлакси».
— Ваши точные параметры позволят системе безопасности впускать вас на корабль голосовым приказом в случаях форс-мажора, — Стэнфорд обернулся через плечо, обращаясь уже ко всем ребятам, которые, по — моему, были в еще большем шоке, чем я: — Для этого достаточно будет просто сказать: «Элис, код пять», и система, считав ваши параметры, вас пропустит.
— А если я растолстею?
Нет, я не специально, честное слово.
— Если это произойдет, Ривз, — расплылся в улыбке Стэнфорд. — Элис мило намекнет, что тебе пора на беговую дорожку. После того, как вы становитесь членами экипажа, система корабля наблюдает за малейшими изменениями вашего организма.
— Недремлющее око какое-то, а не звездолет, — пробурчала я.
