Надзиратели эсэсошных собак извивались в тесном пространстве между колоннами, их лица напряженно сосредоточены на песчаной массе, катящейся к строительной площадке. Вокруг — пустынный остров Ургедон, заброшенный и мрачный, где ни единого живого существа. Этот роман оставляет вас в полном изумлении и ужасе, как маленький отряд выживает на грани вырождения в безымянной северной Германии....
Гитлеровцы и не предполагали, что окружены, вели себя раскованно, веселились. Да и чего грустить: служба в глубоком тылу – это не фронт.
Эсэсовцы пошли на завтрак.
Тойер посмотрел на часы – 7.40, точно по распорядку. Он прикинул: каждый взвод тратил на прием пищи до двадцати минут, значит, в момент атаки один взвод окажется в столовой, рядом с нарядом по кухне. Столовая – такое же дощатое здание, как и казармы. Дом – тот покрепче, бревенчатый. Но и это не спасет фашистов, тем более что оберштурмфюрер – с личным составом, вот-вот выйдут гауптштурмфюрер и штатский – главный конструктор проекта.
"В то же время в километре от полигона, у грунтовой лесной дороги, на которой стоял «Мерседес-230», залегли в ожидании офицеры группы спецназа IV управления НКВД. Один Сосновский в эсэсовской форме сидел за рулем заведенного автомобиля.
Шелестов взглянул на часы:
– 7.50. Уже скоро. Приготовились. Сосновский, не спи.
– И не думал, – через открытое окно ответил капитан.
Время тянулось очень медленно, прошедший ночью дождь к 4.
Офицеры подготовили автоматы, подтянули пояса с гранатами. Майор зарядил свой «ТТ».
Звук двигателя приближающейся машины первым услышал Коган:
– Командир, едут!
– Всем внимание! Буторин, к дороге, посмотреть автомобиль, определить, кто в нем.
– Есть.
Капитан укрылся за ближайшим от дороги кустом.
В 7.55 мимо них на скорости примерно шестьдесят километров в час проехал «Опель».
– В салоне только водитель в форме эсэсовца. Звание различить невозможно.
Шелестов проговорил:
– Это мог быть только оберштурмбаннфюрер Йохан Бремеринг. Он пунктуален.
– Все немцы пунктуальны, это черта их характера, – улыбнулся Коган.
– Все, тихо, приготовиться. «Опель» пойдет назад уже через семь минут, если не задержится на полигоне.
Наскоро позавтракав и выпив кофе, Мартин Айзенберг достал из сейфа портфель. Секретную документацию по орудию и снарядам он держал всегда при себе, не доверяя ее даже своим проверенным и надежным инженерам.
Он повязал галстук, надел пиджак, вышел во двор внутренней зоны. Взглянул на казарму – там тоже завтракали. За главным конструктором вышли начальник лагеря и офицеры-артиллеристы.
– Сегодня должен быть теплый день, – проговорил гауптман.
Лейтенант согласился с ним:
– Да, но надолго ли? Скоро пойдут дожди.
