Надзиратели эсэсошных собак извивались в тесном пространстве между колоннами, их лица напряженно сосредоточены на песчаной массе, катящейся к строительной площадке. Вокруг — пустынный остров Ургедон, заброшенный и мрачный, где ни единого живого существа. Этот роман оставляет вас в полном изумлении и ужасе, как маленький отряд выживает на грани вырождения в безымянной северной Германии....
– А то, что на дорожке между ними черт-те что творится, тебя не касается?
Эсэсовец вздохнул:
– Касается. Виноват.
– Знаешь, что делают с виноватыми?
– Так точно!
– Навести порядок и обеспечить бесперебойную работу. Вон, смотри, твой коллега из второго взвода прекрасно с этим справляется.
Начальник лагеря имел в виду командира взвода охранной роты, надзирающего за узниками, которые подавали группе бетонщиков и каменщиков цемент, щебень, каменные блоки, деревянные конструкции.
– А у Линке работы больше.
– Я все исправлю, герр гауптштурмфюрер.
Начальник концлагеря рассмеялся:
– Конечно, исправишь, Фишер, иначе останешься здесь навсегда.
Эсэсовец побледнел:
– Так точно, герр гауптштурмфюрер!
– Работать!
Унтерштурмфюрер набросился на подчиненных, те кинулись подгонять узников, но уже без плеток и собак. Работа пошла быстрее.
В концлагере Ургедон было собрано сто человек, осужденных к большим срокам, а несколько человек – к смертной казни, позже замененной на тюрьму. Но вместо того, чтобы отправить врагов Рейха в другие лагеря, их собрали здесь на острове, в месте, которое и концлагерем-то можно было назвать лишь условно.
Сначала среди заключенных это вызвало недоумение, затем сработала пропаганда, мол, им предоставили возможность частично искупить вину, если в течение месяца они построят на острове небольшой городок. В это верилось с трудом, но другого объяснения не было.
Гауптштурмфюрер прошел к помещению между торцом казармы и кухней-столовой. В этом здании были и штаб объекта «Ургедон», и комнаты проживания офицеров.
Шрайдер козырнул дневальному у входа и направился в кабинет начальника объекта штурмбаннфюрера Георга Динера.
– Разрешите? – спросил он, приоткрыв дверь.
– К чему этот формализм, Анкель, заходи, конечно. Был на стройке?
Шрайдер присел на стул у рабочего стола начальника и улыбнулся:
– К сожалению, на острове нет ни ресторанов, ни борделей, ни даже паршивой пивной.
– Ты помнишь, что сегодня мы должны закончить город?
– Помню. Осталось немного – достроить второй этаж, накрыть крышей, вставить оконные рамы и застеклить. Бетономешалки работают исправно, материал подвозят безостановочно. Да заката должны успеть. А если нет, то заставим это быдло работать ночью, правда, придется задействовать и солдат, хотя они и не заключенные.
