Темнота сгущается, словно рука небес скрывает последний луч света. Только здесь и сейчас ветер срывает с порога обрывки одежды - последнее свидетельство жителей. В глубине дома всё тихо как мертвец, лишь разбитые стекла да кусочки краски на полу доказывают присутствие чужой жизни....
Небо, вон, второй день светится, даже и подумать боюсь, отчего. Что там у нас с продовольствием?
— Зам по тылу перед уходом в отпуск успел-таки выбить кое-что. Но, даже и с учетом этого, всё равно — больше двух месяцев не протянем. Да и нет у нас столько времени. Народ уже почуял что-то неладное, ворчат. Пока негромко, но и сам знаешь, им забузить — раз чихнуть.
— Значит, времени нет… — Шихматов покрутил головой, ослабляя вдруг ставший тугим воротник форменной рубашки. — Помощи тоже, скорее всего, никакой не будет.
— Им бы только за ворота выйти, — согласно кивнул майор Корзун. — Тут минимальный срок — десятка, так что… надо решать, Володя!
— Надо… кого задействовать будем?
— Солдат нельзя, надо среди нашего персонала группу подобрать. Старшим — Лизунова. Он вояка опытный, крови не испугается.
— Добро. Ещё человек пять подбери. Как будем всё оформлять?
— Легенду я уже продумал — перевод. В другую зону, здесь места нужны.
— М-м-м… прокатит?
— На первое время может и прокатить. Дальше думать надо.
— Списки?
— Вот, — майор положил на стол несколько листов бумаги. — В первую голову я отобрал серийных убийц, террористов и всевозможных извращенцев. Восемьдесят три человека. Далее идут те, у кого по два-три убийства, разбойники и прочие… деятели. Сто восемьдесят семь человек. До прочих пока руки не дошли.
— Как думаешь исполнять?
— Берем пару обычных автозаков. Максимальная загрузка — шестнадцать человек на автомобиль.
— Нормально, а дальше как?
— Объявляем пересадку, выводим их из автозаков. Процедура стандартная, не просекут. Во всяком случае — не сразу. Здесь есть несколько домов брошенных, и бывший поселковый пункт милиции. Там всё более-менее сохранилось, даже камеры остались.
— Шестьдесят человек?
— Меньше. Некоторых из них положено только в одиночке перевозить, и они об этом знают. Посадим в общую клетку, просекут неладное.
