Новый год в Новосибирске: свингеры встречаются за столиком, подразумевая совместную славу. Лида-а-а предлагает мужчины-новогодние хитрители создать с ней братскую семью — всем будет завидно. Взоры парней, пьяных от трех рюмок водки и одолжений, удивляются утонченности Лида....
Посмотрела на него прищуренным взглядом, отмечая сдерживаемую ярость, обиду и что-то темное в глазах, что вызывало во мне предвкушение, дикие желания, которые пыталась заглушить на корню, и ледяным тоном поинтересовалась:
— Львов, а ты не обнаглел? Или есть немного?
— Я? Обнаглел? Это ты решила попытать счастья с другим, — гневно выдал он, сам себя распаляя, тут же раздраженно интересуясь: — И как? Понравилось?!
— Понравилось! — рявкнула, считая, что такой ответ будет нормальным для Львова, вспоминая каково было мне после общения с его дамочкой.
Мужчина озверел. Гневно посмотрел на меня, а потом резко развернул машину в сторону остановки, давая по газам, резко останавливая.
Просканировав меня с головы до пят, отчего почувствовала невероятный адреналин, бегущий по венам, мужчина отчеканил:
— То есть тебе понравилось, Лидия? Я тут стараюсь не звонить, надеясь, что она соскучится, и не будет тянуть неделю, а ей нормально встречаться с… трусом.
— Ну… не всем быть бесстрашными героями, — любезно сообщила, тут же повышая тон, переходя к главному: — И откуда такие благие мысли?! Это ты на своей девке так решил? Какой молодец!
— Какой, к черту девке? У меня только одна женщина, бешеная и дикая, но моя, — раздраженно проинформировал он меня.
— Бешеная?! Ладно, пусть такая. Но я не просто так тут мозг тебе и себе выношу, — сказала, немного успокаиваясь, и продолжая: — Я вчера тебе звонила, а взяла женщина.
— Лида, ты о чем? У меня нет женщины, — спокойно сказал мужчина, пытаясь понять, о чем я говорю.
— Нет, тогда кто мне отвечал?
— Точно не я и не моя женщина! Потому что она сидит здесь и выносит мне мозг, — грубо рявкнул он, а потом добавил.
Закусила губу и немного сконфуженно уточнила:
— То есть ты был в командировке, а кто-то у тебя в особняке в четыре утра по дому шастал и посылал меня по телефону?! Так, выходит?
— Это невозможно. Особняк под охраной, — заявил он, продолжая возмущенно смотреть на меня.
