Автор
Женщина сияла под козырьком, ее привлекательность ясно выказывалась даже через ткань шляпы. Давид стоял за парадной дверью нового дома и внимательно наблюдая за незнакомкой, его опыт говорил о том, что он может отличить привлекательную женщину в мгновение ока.
Ведь скоро старость, которую совершенно не хочется встречать в одиночестве…
— Люба…
— Опять же девочки наверняка обрадуются, а там и внуки пойдут. Помнишь, ты всегда хотел внука? Я вот думаю, не сделай я аборт между Лилькой и Риткой, может, у нас был бы всё-таки мальчик? Ему бы сколько уже было? Двадцать три…
— Что толку гадать? Нет его.
Аборт Любка сделала по собственной инициативе. Давид тогда был на очередном задании, ни сном, ни духом не знал, что она беременна. А когда узнал, это уже перестало иметь значение.
— Да, нет. Извини, накатило. А с тобой такого не бывает?
— Нет. Я предпочитаю жить настоящим днем.
— А в нём для нас есть место?
— Люб, наш поезд давным-давно ушел.
— Ты сказал бы так же, если бы не эта твоя… соседка?
— Она здесь ни при чем!
— Почему же? У тебя сейчас острая фаза. Я всё понимаю. Но это пройдёт, ты же умный, Давид! Сам подумай! У неё так точно пройдёт. Кому, ты меня прости, нужен дряхлеющий дед?
— Ты уж совсем меня со счетов не списывай. Мы в каком веке живём? Сейчас и шестьдесят — ещё не старость.
— А ей? Тридцать? Тридцать пять?
— Сорок.
— Правда? У неё хороший косметолог.
— Взять телефончик?
— А ты жесток."
"— Люб, ты сама меня вынуждаешь. Прости. Нельзя так прийти к человеку после пяти лет в разводе и сказать «а знаешь, я передумала». Так это не работает. Это просто твои хотелки, которые с моими желаниями вообще никак не совпадают.
— Ты просто не был так близок к грани. Это и тебя бы заставило на многое взглянуть иначе.
— Люб, так ведь не я подавал на развод!
— Да, не ты. Выходит, ты просто не можешь мне этого простить?
— Чёрт возьми! Да не в этом дело. Неужели ты не понимаешь, что мне теперь…
— На меня плевать? — усмехнулась, отчего в уголках губ собрались складочки.
— Не совсем так. Если понадобится моя помощь, я рядом. Но на этом, боюсь, и всё. Я не связываю свою жизнь с тобой, не могу подчинить её прошлому. Да и ты не хочешь этого на самом деле. Сейчас в тебе говорит страх.
— Страх? Значит, вот как ты думаешь?
— Ну конечно. Страх остаться одной. Но тебе это не грозит, Люб. Хотя бы потому, что у тебя, у нас есть дочки. Да и мужика ты найдёшь при желании. До этого же находила…
— И это вспомнил, не упустил.
— Слушай, это правда. И за правду я извиняться не буду. Ты хотела чего-то нового, ярких чувств. А потом с тобой случилась беда, и от безысходности ты вспомнила, что где-то там был старый и проверенный временем боевой товарищ.
