В темном камерном пространстве напряжение нарастает как волна. Его взгляд искажен злобой, но я чувствую его внутреннюю одиночество. Он мрачно окидывает глазами унылый уголок изолятора: "Лера, повеселилась?" — шипит он через стены камеры, но мы знаем, что это призыв к сговору....
Десять секунд. Тридцать…
Безумие рассыпается, и я прихожу в себя. Отступаю, поправляю одежду. Лерка едва стоит у стен, пытается натянуть платье вниз, ищет взглядом сорванные трусы.
Мне все равно найдет она их, или оставит здесь в качестве презента следующему постояльцу.
Минута…
Эмоции под контролем. Ненужное за бортом.
Я иду к выходу. Стучу в дверь, и она тут же распахивается, будто капитан сидел за порогом. Не знаю, догадался ли он том, что происходило сейчас в камере, слышал ли… Мне, собственно говоря, насрать.
— Визит окончен.
— А девушка…
— А девушка, пускай посидит здесь до завтра. Подумает о своем поведении.
— Демид! — позади раздается возмущенный вопль, — выпусти меня! Ты же обещал!
Я свои обещания выполняю. Выпустят. Завтра.
Она что-то орет мне вслед, дубасит кулаками по железной двери. Пинает ее. А я просто ухожу. Не оглядываясь.
Она — больше не моя проблема.
Глава 18
ЛераМеня пробирает. Настолько, что ночью реву белугой, и готова волосы на себе рвать из-за своей собственной тупости.
Я реально тупая! Просто чемпион по пробитию дна тупизны.
Он ведь вытащил меня. Да, оставил в камере на ночь, но из проблем-то вытащил.
Не знаю как, через кого и чего это ему стоило, но Демид отмазал меня по всем пунктам. Если бы не его вмешательство… я даже боюсь представить, чем бы все это закончилось. У моей семьи нет ни денег на хорошего адвоката, ни связей, ничего. Мы бы не справились.
А что сделала я? Начала городить херню после того, как сама ему позвонила и рыдала в трубку.
Дура. Тысячу раз дура!!!
Это все моя привычка огрызаться, если страшно. Отключаю мозги, выставляю иголки и вперед. И только потом, спустя время, начинаю делать выводы, которые чаще всего оказываются неутешительными.
С Бархановым тот самый случай.
Я даже нормально не поблагодарила. Вместо этого вывалила на него кучу словесного дерьма и изобразила из себя оскорбленную королеву."
"На нервной почве не получается заснуть. Я то вою раненой волчицей, то кусаю вонючую жесткую подушку, пытаясь унять боль, то мечусь по камере.
Демид ушел. Все. Все-е-е-е-е! Ушел. Сказка закончилась. Принц отряхнулся и отправился дальше, а тупая Золушка может идти на хер. Все, потому что сама дура.
Этой ночью я не думаю о том, что в этих отношениях мне было тяжело, что меня ломало на каждом шагу.
