В темном камерном пространстве напряжение нарастает как волна. Его взгляд искажен злобой, но я чувствую его внутреннюю одиночество. Он мрачно окидывает глазами унылый уголок изолятора: "Лера, повеселилась?" — шипит он через стены камеры, но мы знаем, что это призыв к сговору....
Да, мы можем с ней разговаривать о чем угодно, можем синхронно молчать, думая о своем, совпадаем во взглядах, притерлись в постели и знаем, как сделать так, что партнеру было приятно. Но…
Ебаное но. Оно преследует на каждом шагу.
У меня нет душевных сил на это общение. Все через силу, будто из-под палки.
Ничего нет для нее. Для нас. Я вообще ее не чувствую и не воспринимаю, как реальность. Такое ощущение, будто наблюдаю со стороны, смотрю на прокрутке скучное документальное кино.
Она садится на меня сверху.
Эмоций ноль.
Смотрит мне прямо в глаза. Взгляд лукавый. Игриво закусывает нижнюю губу и ведет бедрами. Ее движения как у гибкой, черной пантеры. Красивые. Я все жду всплеска в груди. Чтобы за ребрами начало дубасить, чтобы захотелось подмять ее под себя и иступлено трахать, утопая в собственной одержимости. Но всплеска нет.
Снаружи я возбужден, внутри — думаю, что надо бы спуститься в бар и хорошенько надраться.
Эльвира приподнимается, берет член рукой, скользит по нему ладонью.
Направляет в себя и медленно опускается. Горячо и влажно. Это все ощущения. И я не понимаю, какого хера мне еще надо.
Не хочу понимать.
Мы трахаемся. Долго. Эльвира блаженно стонет, а я все чего-то жду. Какого-то катарсиса, откровения. Чего угодно. Любой хуйни, которая бы вправила мои мозги на место.
С катарсисом выходит накладка. Все стопорится на стадии: чистая механика, возвратно-поступательные движения, точка разрыва, спад.
Эльвира, наоборот, счастливая падает на подушки, разморено улыбается, а потом, прижавшись ко мне, водит пальцем по груди, выписывая какие-то слова. Она думает, что это приятно и романтично, а я думаю, что мне жарко. Но вместо того, чтобы отстраниться или потребовать, чтобы она прекратила, продолжаю просто лежать.
Ебаное ощущение пустоты не отпускает.
Когда она засыпает, я сваливаю из номера. Спускаюсь в круглосуточный бар, беру двойной виски и иду к бассейну. Выбираю самый дальний шезлонг, куда едва доносится умиротворяющая музыка от главного корпуса, и тяжело опускаюсь на него.
Ну красота же! Зелень, размеренное журчание воды, откуда-то издалека доносится шум прибоя.
Отпуск. Первый за последние пять лет. У моря, в дорогом отеле для тех, кто задолбался от городской суеты и хочет тишины.
