Автор
В Марья Коваленко "Заберу твою жену", читатель окунется в сатанистическую атмосферу, где насилие и подлость охватывают каждую страницу. Главный герой обещает вырвать беременность против воли жены, ставя ее и ребенка на грань смерти ради своих мрачных планов.
– Давай на колени. Для начала ты у меня отсосешь. Только чур поглубже, люблю быть в глотке по самые яйца. А потом, так и быть, я тебя трахну.
Если и после этого девчонка будет видеть во мне Германа, то ей пора к психиатру.
- Я не собираюсь заниматься с вами сексом! – рычит она как маленький зверек. Выгибается всем телом, чтобы быть от меня подальше.
- А кто предлагает секс? – Склонившись над ее грудью, прихватываю зубами сквозь ткань левый сосок. – Твой муж, наверное, под всех новых партнеров тебя подкладывает.
- Что знать?
- С подарками сексом не занимаются. – Я резко отпускаю девчонку. Пора заканчивать это отрезвляющее шоу. - Их дерут. А таких нежных, как ты – с особым удовольствием и во все дыры.
- Какая же я идиотка...
Путаясь каблуками в пушистом ковре, Катя пятится к двери.
- И куда же ты? Мы еще не попробовали никакого десерта. Кто-то даже губы не испачкал.
Встаю, поправляя член.
- Попросите кого-нибудь другого. – Девчонка смотрит с таким отвращением, что мне окончательно становится спокойно.
Больше не будет никаких дежавю. Можно с чистой совестью опускать занавес и продолжать свое дело.
- А как же все намеки? Улыбочки, сходство с каким-то мужиком? – Доигрываю морального урода до точки.
- Не знаю, как я могла вас спутать. – Поправляя платье, шепчет Катя. – Вы не он. Вы... такой же, как Миша.
Глава 17
Глава 17
Герман
Катя меня не провожает.
Единственный человек, который смотрит вслед – это сын.
Последнее дается непросто. Несмотря на то что мы почти незнакомы, мне до одури хочется поскорее забрать мальчишку из этого дома. Увезти от людей, которые врали ему с самого рождения. Рассказать о себе, познакомить с настоящими родственниками – дедом и дядей. А дальше...
Дальше у меня нет ни малейшего представления, чем мы будем заниматься и как вообще растить детей."
"С опытом в принципе задница.
Оно скорее антипример!
Половину моего детства отец сидел в тюрьме. Другую половину – наводил порядок в своей империи. А в перерывах – спасал то одного, то другого из подчиненных.
Благодаря такой иерархии мы с братом целиком и полностью были на маме. Она занималась нашим воспитанием. Она решала, чему и у кого мы будем учиться.
