Вечерний дождь омывает древнее кладбище Мирея, где Амелия шагает через подтопленные лужи и выступающие пузыри. Лодыжки ее коротких ботинок пропитались влагой, а платье до колен набухло от осадков. Эта трагическая прогулка кажется началом чего-то большего и сложного.
— Любимая! — окликнул ее спускающийся по ступеням муж.
Муж — надо же.
— Иду! — крикнула Амелия и снова повернулась к отцу. — Папа, я очень счастлива, — повторила тверже.
Однако складка озабоченности между бровей лорда Грерогера не исчезла. Он взял лицо дочери в ладони и поцеловал ее в лоб.
— Благословляю тебя, Мэлли. Пиши мне немедленно, если что-то случится. Я заберу тебя по первому твоему слову.
Амелия рассмеялась. Несколько нервно, но все равно беспечно.
Конечно же, отец тоже волновался, ведь они еще никогда надолго не расставались.
Мэл протянула руку подошедшему супругу, и их пальцы переплелись.
— Счастливого пути, дорогой тесть. — Эйдан почтительно склонил голову.
— И тебе, дорогой… зять.
Вот только радости в голосе отца Амелия не услышала — только напряжение. И… недоверие?
— Все будет хорошо, — заверила она, чувствуя, что лорду Грерогеру нужна поддержка не меньше, чем ей самой.
"Муж расплылся в белозубой улыбке, и Мэл в очередной раз подумала, что таких красивых людей просто не бывает. Как ей, наивной провинциалке, так повезло с избранником?
— Конечно, любимая.
Любимая… Он так это произносил, что у Амелии кружилась голова. Ее любили, ею дорожили — о чем еще можно мечтать?
* * *
— Добро пожаловать! — важно провозгласил новоиспеченный супруг, распахивая перед ней двери теперь уже их общего дома.
Раньше Эйдан жил здесь вместе со своими родителями. Но несколько лет назад его мать умерла, а отец, входящий в сам Королевский Совет, все реже наведывался в городской особняк, предпочитая жить во дворце и не тратить время на дорогу в ущерб государственным делам. Поэтому в последние годы младший Бриверивз обитал тут один.
На самом деле, Амелия уже бывала здесь. Более того, они с отцом прожили в гостевых комнатах всю последнюю неделю, пока шли последние приготовления к свадьбе.
Эйдан подхватил ее на руки, едва она успела переступить порог. Амелия испуганно пискнула и вцепилась в лацканы его сюртука, такого же золотистого, как и ее свадебное платье.
Не слушая возражений, он потащил ее к лестнице на второй этаж. Выскочившая из прилегающего к холлу коридора служанка молчаливой тенью затворила за ними дверь.
