В темном коридоре в жарком климате вынужденный мальчик бежит, его одежду покрывается потом. Летучие мыши летают над головой, одна даже целиком мазнула Тему крылом по щеке. Встревоженный подросток продолжает ползти вперед, не обращая внимания на пугающую атмосферу.
Она вся сияла от счастья. Тема ее ни разу еще не видел такой.
— Ну, раздевайтесь и заходите, — суетилась она. — Сейчас, Темочка, все поймешь и узнаешь. Это же настоящее чудо.
— Я тут мороженое купил, — протянул пластиковый пакет мальчик.
— Тем более. Мойте руки и быстро за стол, — скомандовала старушка.
— Мороженое как раз то, что надо, — добавил Венечка. Он явно запарился с телевизором.
Когда они сели за большой генеральский стол, Тема смог разглядеть как следует Венечку. Лет сорок. Темноволосый. Среднего роста.
Пока Тема исподволь изучал Венечку, Мария Александровна излагала взволнованным голосом историю его возникновения на ее горизонте.
Выяснилось, что во время революции дядя мужа Марии Александровны с отцовской стороны бежал с женой и ребенком в Америку.
Родственница оказалась единственная. Жена покойного двоюродного дедушки.
Мария Александровна тоже себя ощущала на вершине блаженства.
— Главное, Темочка, чудо какое! — рассказывала она. — Иван Денисович мой вообще никогда об иностранных родственниках не упоминал. Даже при мне. Времена-то какие были. За родственников за границей могли расстрелять, посадить, а уж с работы выгнать и подавно. Если бы не Венечкино упорство, я никогда бы и не узнала, что у меня есть родной человек в этом мире.
Тем временем Венечка, распаковав «Панасоник», подключил к нему антенну и, вынеся в коридор давно не функционировавший старый «Рубин» двоюродной бабки, начал с ловкостью подстраивать каналы у нового телевизора.
— Вот! Смотри, бабушка! — наконец отошел он в сторону.
— Чудо! — воззрилась старушка на яркий цветной экран. — Только, Венечка, ты совершенно напрасно так тратишься на меня.
— О, нет! — отмел решительно ее возражения тот. — Постепенно все заменим. Телефонные аппараты. Плиту. Мебель.
