В темном коридоре в жарком климате вынужденный мальчик бежит, его одежду покрывается потом. Летучие мыши летают над головой, одна даже целиком мазнула Тему крылом по щеке. Встревоженный подросток продолжает ползти вперед, не обращая внимания на пугающую атмосферу.
— То змеи, то беженцы… Я сейчас! — крикнул он девочкам — Надо швабру!
Женька тем временем уже залез в стенной шкаф. Там висели какие-то летние вещи. Забившись в дальний от дверцы угол, мальчик прислонился к стене и стал ждать.
Глава XII
АНДРЕЙ СТАНИСЛАВОВИЧ ВСТУПАЕТ В ИГРУ
Мария Александровна приняла Олега и Тему с распростертыми объятиями.
— Вот хорошо, что пришли! — воскликнула она. — Мне что-то сегодня совсем тоскливо. Вроде жила одна, и ничего. А тут Венечка несколько дней не приезжает, я уже не знаю, куда деваться.
— Ну, это самое главное, — выдавил из себя Олег.
Темыч при этом с угрюмым видом сидел в кресле. Его возмущала неискренность старой учительницы. И он начал всерьез пересматривать отношение к окружающему миру. Если уж даже старушки способны на такое притворство, то остальные и подавно. Как вообще доверять после этого людям?
— Сейчас чайку заварю, — бодро засеменила на кухню хозяйка.
— Нет уж, не беспокойтесь. Мы сами, — немедленно вскочил на ноги Темыч.
— Пожалуйста, — вернулась в столовую старушка. — Мне же легче.
Темыч ретировался на кухню.
— Я смотрю, он у вас все такой же нервный, — оставшись наедине с Олегом, заговорила учительница.
— Да немного есть, — подтвердил мальчик.
— По-моему, вы все слишком легкомысленно к его здоровью относитесь, — покачала головой старушка. — Поверьте моему опыту: такая юношеская нервозность может впоследствии перейти в серьезное психическое расстройство.
— Спасибо большое, — вежливо улыбнулся Олег. — Но пока не надо. Темины предки его никаким невропатологам показывать не хотят.
«Знаем мы, какие у Венечки невропатологи, — одновременно вел внутренний монолог Олег. — Накормит психотропными препаратами, чтобы у Темыча память отбило».
Едва мальчик об этом подумал, как его бросило в дрожь от внезапной догадки. Чего это, собственно, Мария Александровна завела ни с того ни с сего разговор о Венечкиных докторах? Вроде и Темыч ничего особенного сейчас не делал.
