В закрытом кабинете кафе шепелявый разговор перешёл в громкий: Мастеру нужен кто-то из вас. Важное дело завязывается. Подумайте, прежде чем прийти на помощь. Катя невольно повернулась, но людей не увидела — столик был закрыт занавесями.
И вот наконец представился великолепный случай для мести.
— Может, не стоит, Лешка? — предостерег Темыч. — Лерка и так злобная.
— Как это не стоит? — дотер окончательно мылом доску Пашков. — Я, значит, работал, старался, а теперь все насмарку? Ты мне бы, Темка, еще сказал, что я должен эту доску теперь вымыть.
— И вообще, ей можно, а нам нельзя? — вскочил с места Марат Ахметов.
— Если не мы, то кто же? — передалось общее настроение класса Кате.
— Ну, если все, то ладно, — смутился Тема. — Но, вообще, это может добром не кончиться.
— Жить вообще вредно, — бодро ответил Пашков. — Но тут никакой опасности. Я все досконально продумал.
Пашков все свои трюки продумывал досконально. Жизнь, правда, частенько вмешивалась в его замыслы с неожиданными коррективами, но Лешка от этого не унывал.
— Трюк, конечно, не новый, — принялся объяснять он. — Но о нем обычно знают только опытные педагоги. А эта… Куда ей, — махнул он рукой. — Еще в институте учится. В общем, должно получиться классно.
— Она после такого вообще профессию сменит! — оглушительно захохотала Моя Длина.
— На то и практика, — серьезно заметил Пашков. — Их зачем посылают в школу? Чтобы они поняли, есть у них призвание или нет. Поэтому Лерке наше испытание только на пользу. Должна же она врубиться, что учитель — профессия трудная.
Класс внимательно слушал. После такого теоретического обоснования эксперимент с натертой мылом доской показался всему восьмому «В» не только желательным, но и вообще необходимым.
— А если она сразу поймет, в чем дело? — заволновался Марат Ахметов.
— Не каркай. Еще накличешь, — испугался Лешка. — Вдруг она больше без Светланы к нам никогда не явится. Столько сил зря пропадет.
— Лерка на горизонте! — влетел в класс со звонком Сидоров.
Все расселись по местам. Тотчас же после этого в класс широкой походкой вошла сухощавая Валерия Григорьевна. Класс разом поднялся в приветствии.
— Садитесь, — скомандовала она. Устроившись за столом, практикантка раскрыла журнал.
— Мартынов.
Темыч встал с места и послушно пошел вперед.
— Не робей! — услышал он за спиной вдохновенный шепот Пашкова.
Он подошел к доске.
— Почему мел не берешь? — посмотрела на него практикантка.
— Я беру, — схватил палочку мела Тема.
— Не болтать! — крикнула Валерия Григорьевна.
— Сами же спрашиваете, — пробубнил Темыч. — А потом кричите.
По классу пронесся сдавленный смех.
— Кому сказано, тихо! — взвизгнула практикантка.
