— Если хотите, мы с вами можем поговорить, — последовало новое предложение от благотворителей. — Вам, наверное, скучно. Одна ведь живете.
— Не одна! И не скучно! — рявкнул Олег своим собственным голосом. — Дайте старому человеку побыть одному!
— Извините, пожалуйста! — в страхе попятились дети. — Мы вас не хотели обидеть.
И они спешно ушли. Не желая больше испытывать судьбу, седенькая старушка в очках поднялась со скамейки и с поистине молодой бодростью вернулась к магазину. У входа в него как раз происходили знаменательные события.
Трое грузчиков в серых халатах выволакивали под руки бабку Анастасию Кельмановну. Та упиралась и осыпала их потоками брани. Но грузчиков было больше. Они одержали верх.
— Всех уничтожу! — стоя на тротуаре, пообещала напоследок бабка Кельмановна и удалилась вниз по Спасской.
— Теперь в овощной базарить пойдет, — услышал Олег одного из грузчиков. — И так почти каждый день. Электростанцию бы к ней подключить.
— Дерется она, как боксер, — жаловался другой грузчик. — У меня вся грудь ноет.
— Продавцу Женьке из овощного хуже пришлось, — подхватил третий грузчик. — Ему эта ведьма ключицу однажды сломала."
"Олег украдкой хмыкнул. Теперь ему было известно, чем заполняет Кельмановна отрезки времени, которые у нее остаются от подглядывания сквозь дверной глазок за соседями по лестничной клетке и вылазок во двор.
Грузчики вернулись в магазин. Олег огляделся и подошел к служебному входу. Дверь по случаю теплой погоды была открыта. Заглянув внутрь, мальчик убедился, что коридор пуст.
«Пожалуй, рискну, — решил он. — В крайнем случае, сделаю вид, будто не туда попал. Я сейчас не я, а как бы старенькая бабуся».
Стараясь, чтобы шум шагов не разносился по гулкому коридору, Олег на цыпочках пошел вперед. Одна подсобка. Другая. Третья. Двери распахнуты. Сквозь них можно различить картонные коробки и контейнеры с продуктами. Затем Олег прошествовал мимо двух запертых железных дверей. Далее коридор упирался в глухую стену.
«Ничего интересного», — подумал мальчик и повернул обратно.
Едва он снова достиг подсобок, за спиной его раздалось клацанье замка. Кто-то явно отпирал изнутри одну из железных дверей.
Олег юркнул в подсобку.
— Будешь выламываться, душу выну, — донесся до него густой бас.
— Да ты что? Мы ж друзья! — ответил какой-то мужчина.
— Дружба твоя мне до фени, — с недобрым смешком проговорил басистый. — А вот если велю чего, землю носом рыть будешь. Усек?
— Куда уж понятней, — тут же заверил второй.