Женька провел в гостиной Олега уже два часа, но сон коварной тьмы все никак не шёл. Каждый звук в доме становился для него ужасом ночи: капли стекла на крыше, проползающая кошка и глухой щелчок приоткрывшейся дверью. Все это вместе с подозрительной пустотой — словно кто-то прячет что-то от него....
Мама Олега, Нина Ивановна, встав с постели, расставляла на столике опрокинутые флаконы.
— Хорошо, хоть ничего не разбили, — сонно пробормотала она."
"Вульф, пользуясь замешательством, прыгнул на кровать и с самым невинным видом улегся в ногах у Бориса Олеговича рядышком с Женькой.
— И ты тоже спятил? — пронзительно возопил папа Олега.
Пес, наградив его укоряющим взглядом, лениво спрыгнул на пол. Он считал величайшей несправедливостью, что ему не разрешали спать на постелях, диванах и креслах, «Почему Женьке можно, а мне нельзя?» — словно бы спрашивал сейчас пес.
Тем временем долговязый Женька, догадавшись, наконец, встать с постели чужих родителей, прошептал Олегу:
— Пошли в гостиную. Там такое творится!
Олег как-то странно на него глянул и покрутил пальцем у виска.
— Я тебя умоляю, — с тоской произнес Борис Олегович. — Проводи его в туалет. И чтобы духу вашего в этой комнате не было.
— Вот, вот! Именно в туалет! — очень обрадовался такой постановке вопроса Женька.
— Сам, что ли, дойти не можешь? — буркнул Олег.
— Вот именно, не могу, — уперся Женька. — Я в вашей квартире сегодня совсем запутался.
— Слушайте! — возмутилась Нина Ивановна. — Вы не могли бы свои отношения выяснить где-нибудь за пределами нашей комнаты? Нам, между прочим, завтра с отцом действительно на работу.
— Вернее, уже сегодня, — любил во всем точность Борис Олегович. — У нас, в отличие от некоторых, каникул не существует. А ну! Вон отсюда! — повысил он голос.
Мальчики в темпе ретировались. Вульф вылетел следом за ними.
— Говорил же тебе, — прикрывая дверь родительской спальни, услыхал Олег недовольное бормотание отца. — С этим Женькой у нас две недели не будет покоя.
Мама что-то тихо ему ответила, но Олег предпочел продолжения разговора не слышать.
— У тебя что, крыша поехала? — осведомился он у Женьки, когда они оказались на другом конце коридора. — Шуруй в туалет, — гостеприимно распахнул он соответствующую дверь.
— Нужно мне очень, — замахал длинными руками Женька.
— Чего же всех на ноги поднял? — уже охватывало раздражение Олега. — Мне и так с трудом удалось уговорить предков, чтобы они тебя взяли. Ладно. Я спать пойду.
— Погоди! — решительно преградил ему путь к отступлению старый друг. — Я же к тебе шел. Там, в гостиной, кто-то сигналы бедствия подает.
— Чего? — ошалело посмотрел на него Олег.
— Что слышал, — отозвался Женька. — Прямо над моей головой.
