Женька провел в гостиной Олега уже два часа, но сон коварной тьмы все никак не шёл. Каждый звук в доме становился для него ужасом ночи: капли стекла на крыше, проползающая кошка и глухой щелчок приоткрывшейся дверью. Все это вместе с подозрительной пустотой — словно кто-то прячет что-то от него....
— Нравится? — казалось, был очень польщен дядя Ваня. — У всех, кто увидит, просто восторг. Теперь так уже никто не делает.
— Сейчас цветные наколки в моде, — поддержала разговор Катя.
— Цветные… — пренебрежительно процедил дядя Ваня. — И какая с этого цвета радость. Ходят, как эти… индейцы. А тут картина настоящая.
Таня, вмиг опустив голову, подозрительно дернулась.
— Прекрати, — шепнул ей Олег — Все дело испортишь.
Таня давилась от смеха, но, похоже, уже взяла себя в руки.
— Да. Тут действительно крупный мастер работал, — почтительно проговорила Катя.
— Главное, корабли, как живые, и море, — поторопился ее поддержать Олег.
— Сам иногда залюбуюсь, — бурно орудовал слесарным ключом дядя Ваня. — Встанешь так дома спиной к шифоньеру, еще одно зеркало возьмешь в руки, и прямо слезы в глазах от разных воспоминаний.
— Старый мастер — солидно проговорил Темыч. — Таких, наверное, даже раньше было раз-два и обчелся.
— Не раз-два, а единственный на весь наш морской флот, — внес уточнение слесарь.
Ребята перемигнулись. Похоже, «морской консультант» сам шел к ним в руки. Теперь главное — плавно и ненавязчиво навести его на нужную тему.
— Ну, вот, хозяин, — наконец оставил в покое трубу и ключ слесарь. — Причину утечки нашел.
— В чем же дело? — спросил Олег, который и без того знал причину.
— Муфта была нечеткая, — изрек дядя Ваня с гордостью врача, который вдруг обнаружил у пациента скрытую, но чрезвычайно опасную болезнь.
Олег облегченно перевел дух. Кажется, им удастся сохранить тайну. Слесарь тем временем сноровисто установил панель на место и, убрав в чемодан инструменты, потянулся за штормовкой.
— Пойду я. Дел много.
Олег в панике посмотрел на друзей.
— Ой, дядя Ваня, не надо! — простерла в мольбе к нему руки Катя.
— Чего не надо? — влез уже в правый рукав штормовки слесарь.
— Одеваться не надо, — с мечтательным видом отозвалась вместо Кати светловолосая Таня.
